Наверное, он и на могилу тоже выбрал герберы. Языку цветов Макс не обучен, так что просто выберет то, с чем я ассоциируюсь и… по возможности открытый гроб. Раны я получила уже в этом мире, так что сильно изуродовать меня не могли, если, конечно, нашли быстро. До того как до меня добрались бы бродячие собаки, иначе это какой удар будет для родителей и Макса. Я думала, что каждый в мире хочет, чтобы его помнили и скорбели по нему годами, но сейчас… Мне так неловко думать, что кто-то убивается по мне. Льет слезы над хладным трупом, переживает утрату. Приходит на могилу поговорить.

Я будто стесняю других своим отсутствием, но ничего не могу поделать. Подспудно хочется извиниться, попросить прощения за неудобства. Мои дорогие, я крайне сожалению о том, что я мертва. Вам придется привыкнуть к этому и впредь, пожалуйста, не заостряйте на этом внимание. Оно того совсем не стоит, вам лучше заняться своими делами. Я знаю, что событие не из приятных, но вы живы, и у вас есть много интересных занятий.

В конце концов, мне от скорби уже не жарко и не холодно, а все обряды, проводы и прочее вы делаете прежде всего для собственного успокоения, надеясь ритуалами как-то упорядочить свои чувства.

Надеюсь, Макс не слишком сильно потратится на психолога, и не хотелось бы, чтобы он скорбел остаток жизни. Лучше бы нашел кого-то себе. Завидный жених всё-таки, с квартирой, и детская уже готова со всеми атрибутами.

Жаль, срок у меня был маленький. Может, смогли бы хотя бы ребенка спасти?

Но…

Он умер здесь или там? Раньше или позже меня? Что если я пришла в этот мир уже с мертвым плодом? Может, поэтому у меня ничего не осталось? Я никогда не спрашивала об этом, да и как… как о таком спросишь?

— Сэра?

Голос Тараниса оказался настолько неожиданным, что я вздрогнула. Скопившиеся в уголках глаз слезы сорвались с ресниц, упав на колени. Наша машина с тихим шелестом преодолела очередной перекресток, проезжая мимо центра города. Тар, сидевший напротив, чуть наклонился ко мне.

— Все в порядке?

— Да, я просто переживаю немного, остаюсь одна в незнакомом городе…

— Карвены тебе во всем помогут и подскажут.

Каин, разделивший со мной один диванчик, протянул платок, настороженно вглядываясь в мое лицо. Выдавив из себя подобие улыбки, я осторожно убрала остатки слез.

— Знаю, знаю, считайте, я чересчур нервничаю, только и всего.

Таранис кивнул и уже спокойнее откинулся на спинку дивана.

— Каин, вы так поспешно уезжаете, я думал, у вас есть еще дела в городе.

— Я решил их до бала. Некоторые обстоятельства вынуждают меня оставаться в тени и все задачи в Целестии решать до выхода на публику.

— Вы боитесь, что у вас появятся проблемы с лишним вниманием общественности?

— Скажем так, я не боюсь, а жду этих проблем, зная точно, что они будут.

Повернувшись к наставнику, я заметила, что он и правда настороже. Его выдавали чуть нахмуренные брови, излишне прямая спина и поджатые губы. Каин будто ждал удара и старался не отвлекаться надолго от чуть приоткрытого окна.

Машина остановилась у светофора на окраине торгового квартала, пестрящего акциями, распродажами и новым товаром на плакатах. Глянув на улицу, я заметила вывеску какого-то цветочного магазина и множество людей, собравшихся на тротуаре. Рабочие, клерки, разносчики газет, люди среднего и низкого достатка, в отглаженных костюмах и замаранных комбинезонах — все поглядывали то на дорогу, то часы на руках, то на циферблат у здания рядом.

— У вас всегда так людно? Сегодня даже не выходной.

Завесив окно, я перевела взгляд на Тара в ожидании ответа, но он лишь непонимающе посмотрел на меня, чуть покачав головой. Пересев на край дивана, он поднял руку и потянулся к шторе на своей стороне, но не успел даже прикоснуться к ней. На улице послышался чей-то выкрик, и спустя мгновение машину вдруг заметно качнуло, будто какой-то неведомый великан попытался ее перевернуть. Соскользнув с места, я попыталась ухватиться за подлокотник, но пальцы лишь мазнули в воздухе. Я запоздало подумала о том, что стоило прежде всего закрыть голову, но, налетев спиной на Каина, ощутила, как он сам, поймав меня, ладонью прикрыл мне затылок. Сжавшись, я дождалась, пока пол снова замрет. Со стороны водителя хлопнула дверь. Мы остались одни в салоне, словно в клетке посередь города.

— Что это было?

Выглянув из-за плеча Каина, я осмотрелась, проверяя не расшибся ли светлый, но он в отличии от меня, успел ухватиться за дверную ручку. Я хотела было привстать, но наставник прижал меня к себе сильнее, напряженно прислушавшись.

— Тише, это не всё.

Снаружи послышался нарастающий шум, толпа у перехода галдела, люди перебивали друг друга, но стоило кому-то вновь громко выкрикнуть команду, как машина снова качнулась, на этот раз сильнее, с треском окончательно завалившись на бок.