После душа протираю её нежные темные волосы полотенцем и, прыснув на них немного детского масла, осторожно расчесываю назад.

– Мама, а Элина правда надолго приехала?

– Надеюсь. Во сяком случае, она так сказала.

– Она больше не будет путешествовать?

– Будет. – Мари разворачивается ко мне и чешет остренький носик. – Но пока она решила взять перерыв, и я думаю, что это очень хорошо. Как считаешь?

– Это очень хорошо, мамочка!

Кладу расческу на тумбу в ванной комнате и помогаю дочке сменить махровый халатик на кремового цвета пижаму, которую она надевает на время обеденного сна. Для ночного у нас особенная – звездочки на штанах и майке светятся в темноте. Забравшись в свою кровать, Мари кладет рядом своего затасканного и не раз заштопанного дельфина, который стал её любимцем в трехлетнем возрасте.

– Солнышко мое, – поправляю одеяло, любуясь её сонным личиком, – устала. Ты точно не голодна?

– Нет, мамочка. Я такая довольная. Пожалуйста, скажи Элине, чтобы оставалась здесь до осени. Или до зимы. Или навсегда!

– Обязательно. – Целую её в горячий лобик. – Ох, милая, кажется, ты сегодня перегрелась на солнце. У тебя ничего не болит?

– Нет. Мамочка, принеси мне, пожалуйста, стакан воды. Пить очень хочется.

– Хорошо. А ты пока померяй температуру.

– У меня ничего не болит, мамочка.

– Это хорошо. И всё же, подержи градусник, пока я схожу за водой. – Достаю из ящика комода электронный термометр. – Подними руку. Вот так. Я скоро, любовь моя.

Спускаюсь на кухню за маленькой бутылкой воды, как вдруг раздается плавная мелодия, оповещающая о госте. Элина, переодевшись в фиолетовую майку и ситцевые белые шорты, вопросительно смотрит на меня, приостановив нарезку колбасы для бутербродов.

– Сходи, пожалуйста, к воротам – прошу, бегло метнувшись к шкафу с любимым детским пюре Мари и всякими вкусностями. – Это проектировщик приехал! Будет работать над подарком Мари! Я его три месяца ждала, – поясняю шепотом. – Камера на домофоне перестала показывать и звук пропал. В общем, – резюмирую, заметив смеющееся выражение лица подруги, – сбегай к калитке и приведи его сюда. А я отнесу воду Мари. Кажется у нее температура.

– Заболела?

– Будем надеяться, что просто перекупалась, – спешу вверх по лестнице.

«37,4» – моргает значение на термометре. Мари уже спит, и я тихонько выхожу из её комнаты, оставив бутылку воды на узенькой прикроватной тумбе.

Я не нахожу себе места, когда моя дочь болеет. Всякий раз, когда вижу её сверкающие глазенки и слышу приглушенное дыхание, всё внутри меня начинает стонать от боли. Когда она была совсем малышкой и температура поднималась до тридцати девяти градусов, я не могла сдержать слез. В такие моменты я чувствую себя беспомощной, ведь единственное, на что мне остается надеяться – эффект от жаропонижающего сиропа.

Возвращаюсь на кухню и проверяю в аптечном ящике запасы лекарств. Хочется верить, что ничего принимать не потребуется и показатель термометра – ответная реакция детского организма на переизбыток солнечной энергии. На радостях, что Элина, наконец, к нам приехала, я и сама не заметила, как много времени мы провели в бассейне.

– Проходите! Вам сюда! – звонкий голос Элины опережает её появление. Молча тычет большими пальцами за спину и корчит мне рожицу. Что-то в духе «ВАУ» или я просто неверное понимаю её намеки. – Кхм. Проходите! Кстати, я Элина!

Задвигаю ящик с лекарствами, стараясь отогнать тревожное облако, уже поселившееся в груди.

– Мне нужна Лея Розова, – отвечает обладатель очень низкого голоса, а секундой позже появляется в широком проходе между кухней-гостиной и просторным коридором. Его профессиональный взгляд сосредотачивается на лестнице из сверкающего бело-серого мрамора, а потом совершает скорый прыжок на широкие белые плинтуса между стенами и потолком. – Где она?

– Я здесь! – даю о себе знать полушепотом. Знаю, на втором этаже нас не слышно, но когда Мари спит, я хожу на цыпочках даже во дворе. Привычка, наверное. – Здравствуйте! Прошу, проходите сюда. Ребенок спит наверху и лучше нам поговорить где-нибудь здесь.

Элина возвращается к островку, где оставила нарезку для бутербродов. Мужчина, в один миг заполнивший собой простор сердца нашего с Мари дома, смотрит на меня внимательно и очень вдумчиво.

– Михаил, верно? – уточняю на всякий случай. – Менеджер так и не отправила мне ваши контактные данные. Сказала только, что вы постараетесь приехать до двух. К вам такая очередь!

– Витан, – исправляет он, не сводя с меня карих глаз.

– Вас так зовут? – спрашивает Элина. – Какое красивое имя! Мужественное!

– Простите, Витан, – улыбаюсь ему, – наверное, я что-то перепутала. Спасибо, что вы смогли приехать до обеда. Моя дочь как раз только уснула и у нас будет время обсудить наш маленький проект.

– Но сначала, если вы, Витан, не против, – воркует Элина, – выпьете с нами кофе?

– Спасибо за предложение, – без тени улыбки отвечает мужчина, – но я приехал сюда не кофе пить.

– Верно, – теряюсь я на мгновение. Сразу видно, что человек ценит свое личное и рабочее время. – Менеджер фирмы, в которой вы работаете, очень рекомендовала вас. Увидев ваши работы на сайте, я пришла в настоящий восторг! Прошу, присаживайтесь, где вам будет удобно. Или вы желаете посмотреть на дерево, а уже потом выслушать мои пожелания?