Где Сюзанна откопала её? Слишком она какая-то не такая…

Или роль такая? Все они "не такие!" А разденешь – все как одна, умелицы.

Выложил нарезку, фрукты и открыл бутылочку Ламбрусско. Дамы такое любят, а себе янтарной жидкости плеснул в бокал. Напиваться цели нет, так, чуть расслабиться.

Слышу лёгкие шаги из ванной и выглядываю в гостиную. Злата в нерешительности остановилась, встречаясь со мной взглядом.

– Перенеси тарелки и бокалы в спальню. Я тоже быстро в душ.

Ополоснулся минут за десять. Злата уже в спальне. Всё, как я и сказал, перенесла на столик у кровати. Кровать у меня знатная. Широкая, крепкая. Сел, расставив широко ноги.

– Подойди. – подошла. Распахиваю ей халат и смотрю на нагое тело. – Ляг. – скидываю халат, она поёживается от такого жеста.

– Ну всё, хорош, поиграла и хватит. – навис над девушкой, а она зажмурившись и сжав губы вцепилась пальцами в простыню, лежит, не шелохнётся.

– Эй. – слезаю с неё. – Что за девку мне подсунули? – тут на меня снисходит озарение! – Девственница что ли?

Лежит, практически не дышит. Да ЁКЛМН! Подскочил с кровати на ноги.

– Злата! – гаркнул на неё. Она, закрыв пунцовое лицо руками, молчала. Накинул на неё халат. Лицезреть её нагое тело отчего-то стало не по себе. Я-то думал, мне опытную предложили, а тут. Да ей всего девятнадцать!

– Ты зачем вообще согласилась ехать? На что рассчитывала?

В ответ молчание, только еле слышный вдох.

– Тебя ехать заставили? – еле заметный кивок. Хочется выматериться в голос. Да что такое!

– А как ты вообще оказалась там? Зачем попёрлась, работы мало в Москве? В институт не поступила? Денег лёгких решила срубить? Наивная. – ходил по комнате и стал её распекать. Чем жизнь плоха-то в девятнадцать, зачем на панель идти. Да ещё куда? К Сюзанне. Девочки часто жаловались на кабалу, и что денег заработать не даёт. Вся оплата проходит строго через неё. Я в эти дела никогда не лез. Не моё дело. Но сейчас отчего-то не могу спокойно смотреть на эту девчонку. Глупая! Куда попёрлась! Видно же, что не распущенная.

– Н-нет. – я уже и вопрос забыл, какой задавал и на какой она отвечает, пока мерил комнату шагами.

– Что нет?

– Меня за долг продали.

– Чего? – уставился на него. Аж споткнулся на ровном месте. – За какой к чёрту долг? Продали? Двадцать первый век на дворе!

– Отчим проигрался. Он продал меня Салтыкову, а у него жена приехала и он отвёз меня к Сюзанне, сказал, что долг отрабатываю. Иначе… иначе… – захлёбываясь в слезах и соплях она всё же разревелась. Пипец! Вот это вечерок у меня случился! Вот это романтик! Да за что мне такая кара господня!? Хотя знаю, за что…

– Ты это, давай не плачь. Терпеть не выношу женские слёзы. Одевайся и пошли на кухню. Отпаивать тебя буду. Чаем!

– Халат надевай! – заметил, как потянулась к платью. – Он хоть что-то прикрывает.

Ушёл, не дожидаясь, терзаемый смутными мыслями. Надо, чтобы всё рассказала. Что за отчим такой, что падчериц продаёт, и какого чёрта, она послушно "продалась" пошла. Полицию не судьба привлечь? Хотя какая полиция с Сюзанной-то.. Мы же её сами крышуем. Вот чёрт!

Вот такие дела!

В голове не укладывается вся эта история с продажей Златы. Слушаю её сбивчивый рассказ и медленно, но верно офигеваю от услышанного. Родной отчим! Тьфу, да какой он ей родной после этого! Чужой дядька. Продал за свои долги, да её и угрожает младшую по тем же стопам пустить… Только, ладно, Злата, она не родная дочь ему, а мелкая, если верить девушке – самая что ни на есть настоящая дочка. Двенадцатилетняя Василиса живёт сейчас с отцом и его новой женой. Злата, Василиса… Мать их сказок перечитала в детстве, наверное.

Отправил девчонку спать в одну из пустующих комнат, а сам сел за компьютер. Никакой информации интернет, естественно о ДОМЕ не выдал. Всё конфиденциально. Вбиваю в поиск имя и фамилию отчима несчастной девушки и натыкаюсь на "интересного" мужика. Со страницы соцсетей для тех кому за пятьдесят, на меня смотрит лысеющий худой мужчина, годков так сорок пять на вид. Листаю дальше, семья его, жена и вот! Дочь. Да, они со Златой похожи, очевидно обе пошли в мать. Обе сероглазые, светловолосые, белокожие. Обе с забитым затравленным взглядом. Вот, что делает их очень похожими. Взгляд.