— Это наш выход? — Указал он головой в направлении выхода на посадку, рядом с которым я сидела.

— Да — я не смотрела ему в глаза, и вообще в его сторону, боясь увидеть на его лице осуждение, насмешку или что-нибудь ещё, от чего мне снова станет неловко.

— Хорошо. — Он сел на соседнее со мной кресло, и моё предплечье начало гореть от того, что я чувствовала его близость. Будто он был не человеком, а разогретой плитой, отдающей тепло.

— Марат Александрович. Я хотела поговорить. — Губы не слушались меня, скомкивая слова, которые я произносила, и делая их менее внятными. В моём подсознании говорить было намного проще, чем в действительности.

— Я вас слушаю — он отодвинул ноутбук, который уже успел запустить, и повернулся ко мне в пол-оборота.

— Наверное, мне не стоило просто вот так убегать из номера, но и вы меня поймите, я растерялась. Это всё было как-то неправильно и непрофессионально. Думаю, для нас с вами обоих будет лучше сделать вид, что ничего не было, и в дальнейшем поддерживать только рабочие отношения, как у начальника и подчинённой. — Пока я всё это говорила, моё сердце стучало, как бешеное.

— Не думал, что вы против отношений с начальником. От Марка вы тоже убегали на прошлой работе? — Ауч, а вот это было больно.

— Вы прекрасно знаете, чем закончились мои с ним отношения. И потрудитесь сделать вывод, почему я больше не желаю повторять подобный опыт. Так что держите свои руки, губы и всё прочее подальше от меня. Особенно вне работы. — Я встала и пересела на противоположный ряд кресел, чтобы не оставаться рядом с ним. Своим замечанием он меня сильно разозлил и задел.

— Простите, Оливия, я не хотел вас обидеть.

— Вы совсем не обидели меня комментарием, из которого выходит, что я обожаю спать со своим руководством, как последняя проститутка. — Мои слова прозвучали слишком громко для общественного места, и я заметила, как несколько человек обернулись, с интересом наблюдая за разворачивающейся между нами сценой.

— Я не это имел в виду. Вернее, это, но я не должен был так говорить. Сядьте и успокойтесь, вы привлекаете к нам слишком много внимания. — Он снова пододвинул к себе рабочий ноутбук, продолжив ворчать уже себе под нос. — Чёрт. Не надо было тащиться сюда, когда можно было пойти в бизнес зал.

Я не захотела продолжать этот спор, потому что теперь к тому эмоциональному коктейлю, что и без того бушевал во мне ранее, ещё и примешалась обида.

Дождавшись объявления о посадке, я, не глядя на босса, подхватила свою сумку, и направилась по специальному рукаву в самолёт. Однако долго мне быть одной не пришлось, поскольку наши места с ним были рядом, и через несколько минут он сел на соседнее кресло.

Игнорировать его в замкнутом пространстве самолёта будет значительно сложнее, это точно.

Оливия

Босс был зол. Я уже успела выучить это его состояние, и, определенно, он сейчас находился именно в нём, излучая волны агрессии. Об этом говорили и его напряженные плечи, и будто сосредоточенное выражение лица, а ещё, он уже успел два раза отругать стюардессу за какие-то откровенные мелочи.

Я понимала, что скорее всего он злился из-за нашей с ним перепалки в аэропорту, и того, что я сбежала после нашего поцелуя ничего ему не объяснив, но не желала скрашивать его настроение, потому что и сама была на него сердита.

Марат Александрович что-то продолжал делать в своём ноутбуке, а я отвлеченно смотрела в окно, на проплывающие мимо облака. Интересное наблюдение, что уже второй полёт за день, а я по-прежнему была абсолютно спокойна. Видимо, я была не способна переживать из-за двух вещей одновременно.

— Всё. Я так больше не могу — босс захлопнул крышку ноутбука — Вы так громко думаете, что я не могу сосредоточиться на работе.

— Ну, супер. Может быть будут ещё какие-то указания? Например, сделать так, чтобы кровь по венам у меня чуть медленнее текла?

— Не ехидничайте. Это вам абсолютно не идёт. И не забывайте, с кем разговариваете, всё-таки я ваш руководитель.

Я проигнорировала его комментарий, снова отвернувшись к окну.

— Я услышал вас про то, что вы больше не желаете никакого близкого контакта. Раз вы хотите, то так и будет. Хоть мне и показалось в моменте, что вы совсем были не против, Оливия.

Кивнув, я тем самым установила в нашей рабочей паре вновь перемирие. Босс довольный обратно влился в работу, а я продолжила размышлять о своей тяжкой участи любимицы директоров.

Самое гадкое, что Марат Александрович был прав, и мне действительно понравилось целоваться с ним. Настолько, что сейчас, сидя плечом к плечу, я фантазировала о том, что могло бы произойти, если бы я не сбежала после поцелуя.

По прилету в Германию мы быстро добрались до гостиницы, и уже без всяких приключений разошлись по номерам, которые оказались на одном этаже, но в разных концах коридора.

— Сегодня свободный вечер, а завтра с утра открытие конференции. Встретимся внизу за пятнадцать минут до начала, договорились?