– Откуда ты, Майя, прибыла в наши края?

Я чуть не подавилась, услышав снова голос Рамира. Думала, что он молчать будет за обедом. Или сейчас ужин? Только сейчас осознала, что не представляю сколько времени. А ведь в столовой горели свечи, значит, уже поздно.

– Я не знаю, я забыла, - вновь соврала.

– На местную ты не похожа, - заметил он.

Многозначительно пожала плечами. Знать бы вообще кто такие эти местные и не местные, можно было бы и легенду какую-то придумать себе.

– И что в лесу делала ночью не помнишь? – вновь спросил молодой человек.

– Нет. Но я помню… Волка белого с ярко-голубыми глазами, - подняла на Рамира глаза. – Ты видел его? Мне кажется, словно он согрел меня и спас от мороза…

Я отчетливо припомнила тепло мягкой шерсти. Воспоминание кружилось на задворках сознания. Волк. Он меня и спас. Большой, лохматый, такой надёжный. За таким зверем можно чувствовать себя как за каменной стеной.

Глаза Рамира блеснули ещё ярче.

– Ты не испугалась его? – вопросом на вопрос ответил мужчина.

– Нет, совершенно, я почувствовала, что он не опасен.

– Видел. Хороший волк, - улыбнулся вдруг Рамир.

Дверь в комнату открылась и на пороге появилась Любава со взрослой женщиной. Они не спеша разделись, сняли платки и прошли к нам.

Рамир встал, приветствуя сестру и знахарку. Я тоже поднялась с места.

– Здравствуй, Рамир. Майя, доброго здравия. Меня зовут Светлана, позволь, я помогу тебе, проверю твоё самочувствие.

– Майя, пошли в мою комнату. Светлана осмотрит тебя, - сказала мне Любава, с интересом поглядывая на брата.

Я тоже перевела на Рамира глаза. Он стоял невозмутимо. Тогда кивнула и вышла из-за стола, пошла вслед за девочкой и женщиной.

– Майя, - позвал Рамир.

Остановилась и развернулась к нему лицом. Вопросительно посмотрела на молодого человека. Он подошёл ближе и взял меня за руку. По телу пробежали мурашки, приятно разливаясь по всем клеточкам тела. Я испугалась неожиданного ощущения, никогда прежде не испытывала таких странных щекочущих чувств. Что это со мной?

Лицо Рамира разгладилось, и я увидела широкую улыбку и ямочки на щеках. Обаятельную такую улыбку, которой хотелось любоваться.

– Возвращайся скорее, хочу ещё с тобой кое-что обсудить.

Молча кивнула и медленно отодвинулась, освобождая руку. Странное притяжение не покидало. Словно магнит тяжело открывался от металла.

Дойдя до комнаты Любавы, кинула взгляд на Рамира. Он продолжал смотреть мне вслед. Зардевшись, заскочила в комнату девочки.

Светлана задала несколько вопросов о том, что я помню о себе. Понимая, что выдавать себя мне нельзя, пришлось придерживаться легенды, что ничего не помню, забыла и как в лесу оказалась знать не знаю. Благо у женщины не было задачи устраивать мне настоящий допрос, поэтому знахарка легко сдалась.

– Кто тебя нашёл в лесу, помнишь? – вновь уточнила темноволосая женщина.

– Меня волк нашёл. Большой белый с невероятными голубыми глазами. Он меня согрел своим теплом.

Женщина с девочкой переглянулись, словно ведя между собой немой разговор. Что-то не так? Любава заломила руки и плюхнулась на кровать рядом со мной.

Комната девочки была небольшой, но кроме сундука, кровати и столика тут больше ничего и не было. Возле спального места было окно с занавесками, сквозь него я увидела двор с колодцем. Было уже довольно темно и на небе горела большая полная луна. Хотя может в этом мире это была совсем даже не луна, а нечто другое. И кто знает, возможно их тут было даже несколько?

Тем временем Светлана достала какой-то круглый медальон и стала водить им возле меня. Ловкими движениями и пассами руками знахарка провела у моего лица, у груди и живота, а потом опустилась к ступням. Она не прикасалась ко мне, но я чувствовала странное тепло, исходящее от серебряного кулона, увитого резными цветами.

– Ничего, - знахарка покосилась на Любаву.

Девочка с недовольством пожала плечами.

– Что значит ничего? – не выдержала я. И почему только врачи никогда не объясняют, что происходит с пациентом?

– Мой артефакт не видит на тебе сглаза, вообще никакого магического воздействия. Ты здесь и сейчас по своей воле. Не так ли?

Глаза Светланы сузились. Вот теперь мне стало совсем некомфортно, словно меня ткнули носом в мою невинную ложь. Ткнули, точно, но признаваться в том, что я с другого мира не торопилась.

– Наверное, - осторожно согласилась я.

– Если у тебя есть какая-то тайна, то можешь сохранить её, - взяла меня за руку Любава. – Но, пожалуйста, не надо мне врать. Это самое гнусное, что только может быть между людьми.