— Я не знаю, — ответил Хоукинс. Его кожа сделалась серой от страха, а речь звучала невнятно, будто во рту все пересохло. — Я понятия не имею, где она.

Главарь налетчиков разочарованно покачал головой.

— Я же сказал тебе, что хотел для тебя все упростить. Я задал тебе вопрос. Предполагая, что ты дашь мне тот ответ, который мне нужен. Никаких уверток, никаких недомолвок.

С этими словами он взял монтировку и обрушил ее на голень Хоукинса.

Хоукинс громко вскрикнул и схватился за ногу.

— И если бы ты сделал то, что от тебя требуется, то не было бы никакой боли, — продолжил главарь как ни в чем не бывало. — Но ты не хочешь сотрудничать. Неужели ты искренне рассчитываешь, будто я поверю, что маршал США, — он помахал значком Хоукинса, — которому поручено присматривать за тем, как Диана Сколари устроится в Санта-Фе, может не знать, куда она сорвалась? — Он снова взмахнул монтировкой, но на сей раз ударил по полу рядом со второй ногой Хоукинса. Железо загремело, Хоукинс содрогнулся всем телом. — Ты что, за дурака меня держишь?

Хоукинс говорил с трудом, как будто был сильно простужен, но все же он не желал сдаваться:

— Но я же не один работал с нею. У нас была команда. Мы работали попеременно, чтобы никто слишком не засвечивался. Я не видел ее с первого числа.

Хриплый снова обрушил монтировку на пол.

— Но ты знал, что она сбежит сегодня.

— Да. — Хоукинс с трудом сглотнул.

БАХ! Монтировка в очередной раз громыхнула об пол.

— А это значит, что у тебя была связь с остальной частью команды. Ты что же, надеешься, что я поверю, будто тебе не сказали, где твои дружки ее прячут?

— Такая информация сообщается только в случае необходимости. Мне сказали, что это мне знать необязательно. — Голос Хоукинса звучал скрипуче и вызывал у Декера ассоциацию с наждачной бумагой.

— О, неужели они тебе действительно ничего не сказали? Что ж, очень плохо для тебя, потому что, если ты ничего не знаешь, то ты бесполезен и я вполне могу тебя убить. — Он указал пистолетом на Хэла. — Кто такой Декер я знаю. Ну, а ты кто такой?

— Никто.

— Тогда в тебе и толку никакого нет. — Оружие хриплого было снабжено глушителем. Пистолет слегка дернулся и издал звук, напоминавший хлопок ладонью по подушке.

Хэл упал навзничь и застыл.

Сердце Декера на мгновение замерло.

В фургоне внезапно наступила тишина, на фоне которой еще заметнее стал рев машин снаружи. Водитель снова вильнул, уклоняясь от столкновения с автомобилем, который, не подавая сигнала, перестроился из другого ряда.

— Ну, сопляки! Я глазам своим не верю. Они что, считают, что здесь гонки на выживание? Совсем мозги набекрень!

Здоровяк, все так же не обращая никакого внимания на монолог водителя, снова сосредоточился на Хоукинсе.

— Ну что, теперь я могу рассчитывать на твое внимание? От одного мы избавились. Затем пойдет Декер. А после него, как по-твоему, чья очередь наступит?

— Вы все равно убьете меня, — ответил Хоукинс. — Так зачем мне что-нибудь говорить вам?

— Эй, если ты будешь сотрудничать и принесешь нам пользу, мы просто свяжем тебя и уложим где-нибудь в тенечке. Нам нужно, чтобы ты не раскрывал пасть только до понедельника. Потом это уже будет неважно.

— Откуда я знаю, что могу вам верить?

— А ты посмотри на это лицо. Разве оно может лгать?

— А что произойдет в понедельник? — спросил Декер. Он хорошо помнил, что Бет собиралась лететь на восток в воскресенье.

— А тебя просили встревать?! — рявкнул хриплый.

Декер помотал головой.

— К тебе у меня особый счет, — сказал бандит. — Если бы не ты, мы разделались бы с сучонкой еще прошлой ночью. И давно уже вернулись бы в Джерси. И босс не отправил бы нас за ней снова. Нам не пришлось бы тратить субботнюю ночь на то, чтобы кататься вокруг этого проклятого Альбукерке в компании с вами.

От упоминания Нью-Джерси боль в желудке Декера сразу усилилась. Ему было абсолютно ясно, что бандит не стал бы говорить о каких бы то ни было подробностях своей жизни, если бы, несмотря на свое обещание, не имел твердого намерения убить оставшихся пленников.

А хриплый снова занялся Хоукинсом.

— Похоже, что ты до сих пор не врубился в ситуацию, — сказал он, приставив дуло пистолета ко лбу пожилого маршала. — Наверно, ты не понимаешь, что мой босс сделает со мной, если я не сумею решить его проблему.