Как и другие пожилые безработные шахтёры, он попал в ловушку, и дети таких шахтёров, в том числе Сьюзен Дэниелс, которые считали социальное обеспечение единственным средством выживания, во взрослой жизни будут обращаться к различным средствам общественной поддержки. Порочный круг низкого уровня образования, высокого уровня безработицы и лёгких государственных субсидий не оставлял таким, как Сьюзен Дэниелс, реального выбора, если, конечно, они не переезжали туда, где не было друзей и семьи.

— Если бы нас воспитывали по-другому… если бы нас учили гордости, — однажды пожаловалась сестра Сьюзен Карла, — но сколько себя помню, мы жили только на пособия. Не помню, чтобы папа когда-нибудь работал. У него была страховка по социальному обеспечению, и он знал все хитрости.

Карла называла мать Трейси “конвейерной лентой”, которая рожала очередного ребёнка ради небольшой суммы денег. Но, очевидно, Сьюзен относилась к ней по-другому. Она любила мать и отца и не была такой ожесточённой сердцем, как братья и сёстры.

Сид и Трейси Дэниелс в гостиной

— Мы ходили в школу в старых ботинках. Над нами смеялись, — вспоминает Карла. — Папа мог работать. Он мог дать нам больше. Я имею в виду, что нам приходилось жить с двумя кроватями в каждой комнате и чёрно-белым телевизором, который принимал только три канала. Тепло давала старая угольная печка. Нужно признать, это не назовёшь лёгкой жизнью.

Но Сьюзен, похоже, не испытывала в детстве сильной потребности в материальных вещах. У неё были вечеринки по случаю дня рождения, рождественские ёлки и Библия у кровати, и этим она была относительно довольна. Отец построил для семьи небольшой деревянный дом в устье реки Холлер, и дети делились комнатами, одеждой и игрушками. Семья по-армейски вместе садилась за стол, каждый брал столько порций домашних блюд Трейси, сколько хотел. У них не было ничего из того, что могли позволить себе “богатые люди”, но никто никогда не голодал и не страдал от отсутствия одежды.

Дом, в котором выросла Сьюзен

Это не значит, что Дэниелсы не были бедны. Их жизнь была полна неудобств. В лощинах не было асфальтированных дорог, стиральных машин и современной бытовой техники, а в доме Дэниелсов на одну кровать приходилось по меньшей мере двое детей. Тем не менее, Сьюзен, казалось, всем нравилась и была всем довольна.

— Она была счастлива, когда росла. Ей нравилось учиться в школе. Она брала в библиотеке книги и всё время читала, — вспоминает Сид. — Она любила читать, ей нравилось узнавать что-то новое. Она хотела стать секретаршей. Она говорила об этом с детства.

Однако к тому времени как ей исполнилось 10 лет, для Сьюзен всё начало меняться. Она стала недовольной своей участью, и хотя они не могли себе этого позволить, Сид и Трейси пытались удовлетворять её запросы. Большинству детей, выросших во Фриберне, приходилось довольствоваться подержанной одеждой, купленной на местных дворовых распродажах, но Сьюзен это не устраивало. Она хотела закупаться в магазинах Матевана. Ей хотелось приличной одежды.

— Она хотела одеваться красиво, поэтому мы возили её в универмаг "Hopes" в Матеване. Тогда всё было дёшево. Всего на 5 или 10 долларов можно было много чего купить, — вспоминает Трейси. — В том возрасте она повсюду носила зонтик. Ей нравилось наряжаться и таскать по дому старые сумочки. Она знала, что здесь жизнь тяжела, но у неё была новая одежда, куклы, трёхколесный велосипед и братья с сёстрами. У неё всё было просто отлично.

Пока Сьюзен училась, семья Дэниелс изо всех сил старалась выжить. Они во всём обеспечивали себя сами. Сид каждый год выращивал свинью, которую мальчики помогали ему забивать. Он также выращивал фрукты и овощи, а Сьюзен и сёстры помогали Трейси консервировать маринованные огурцы, шинковать капусту, собирать фрукты и ягоды, а также готовить желе и джем. Раз в неделю они все ездили в Матеван на грузовике Сида, чтобы купить самое необходимое: муку, сало, соль, мыло, зубную пасту и шампунь. Но на самом деле жизнь семьи Дэниелс была не так уж плоха. Другим на холмах, жилось намного хуже. Сьюзен же росла с электричеством и водопроводом — значит, Дэниелсы жили не так уж плохо. Дети выполняли долю работы по дому. Девочки убирали, вытирали пыль и складывали выстиранное бельё. Мальчики работали по дому, что-то строили и ремонтировали.

Дети Дэниелсов также предавались невинным шалостям, пока росли. Они играли в прятки на дикой девственной местности, которая их окружала, взбирались на холмы, перебегали реки по подвесным мостам. Вдали от шума и стрессов городской жизни, они имели практически всё, что им было нужно, прямо в устье ручья Барренши. Сид даже держал пони, чтобы дети на нём катались. Для Сьюзен в детстве жизнь во Фриберне была простой, но драгоценной. Река Таг-Форк, притока Биг-Сэнди, поражает красотой и безмятежностью, типичными для всего изолированного и нетронутого региона, и Сьюзен была счастлива жить там.

На самом деле большинство жителей округа Пайк, даже те, кто переехал сюда после Второй мировой войны, когда угольная промышленность была автоматизирована, ещё испытывают чувство счастья от принадлежности к этому месту, главным образом потому, что жители Аппалачей обладают острым чувством связи с миром природы. Ранним утром в горах лежит туман, его белые ленты тянутся по холмам и долинам, а покрытые белесым туманом горы возвышаются над бревенчатыми хижинами. И люди проводят много времени на свежем воздухе, много рыбачат и охотятся, наслаждаясь щедростью окружающей природы.