– В жизни ты гораздо лучше, чем на том фото, – искренне сказала я. – Если бы не костюм, решила бы, что перепутала.

– А номер, по которому писать, тебе сутенер дал?

– Менеджер, – уточнила я. – Да, все так.

– И теперь ты от меня ждешь жаркий секс… – пробормотал Глеб себе под нос и потянулся за бутылкой коньяка. Но едва его пальцы легли на округлости бутылки «Хеннесси», он вдруг остановился и убрал руку. – Знаешь! Пожалуй, шампанское будет действительно более уместно. Давай!

Я сорвалась с места раньше, чем сообразила, о чем он меня попросил. Этому мужчине хотелось угождать, его хотелось слушаться. Какая-то неуловимая властная аристократичность была в его манерах. Словно он из королевского рода и с детства привык, что любая его просьба воспринимается как приказ и выполняется немедленно.

Интересно, как его занесло в эскорт?

Шампанское, а точнее все то же просекко, что подтолкнуло меня пойти искать мужчину по вызову, было из недорогих, и Глеб выразил свое отношение к нему едва заметной гримасой, которую, впрочем, мгновенно стер с лица.

Он ловко открыл бутылку своими умелыми пальцами и тут же разлил напиток по узким тонким бокалам. Я взяла свой, нервно крутя его тонкую ножку.

Глеб взял свой и прямо взглянул мне в глаза.

– Ну что… Арина… – произнес он мягко, хотя властное давление в его голосе все еще чувствовалось. – Давай приступим к работе.

Его ладонь легла мне на колено.

Как пишут в социальных сетях – «семейное положение: в ахуе».

Других слов просто нет.

Как вообще так вышло, что эта девица спутала меня с эскортником? Ошиблась цифрой или буквой, когда писала в «воцап»? И, главное, нисколько не засомневалась, увидев меня вживую.

Вот так вот, Глеб Андреевич, дожили вы в свои тридцать пять – посторонние женщины легко верят, что вы торгуете своим телом направо и налево. Поистратилась там в своих заграницах, да? Приехали быстренько бабла сшибить самым простым способом?

Надо было, конечно, извиниться и как-то потихоньку свалить от этой отчаявшейся скромницы. Но как? Как?

Когда она спросила:

– Я тебе нравлюсь? Ну хоть чуть-чуть?

И глаза сделала такие несчастные-несчастные. Вот-вот заплачет.

– Конечно! – Ответил я без тени сомнения в голосе.

Как после этого мягко свернуть беседу и уйти, не выполнив «заказ»?

– Нравлюсь, потому что это твоя работа или сама по себе?

А вот это вопрос со звездочкой.

Нравится ли она мне сама по себе? Да я понятия не имею, я только вошел, а меня уже отрабатывать тащат!

– Нравишься сама по себе, потому что это такая работа, – выкрутился как мог.

– Но если бы ты увидел меня в баре, ты бы не подошел.

Она сказала это с абсолютной уверенностью.

Такой честной и искренней, что я не смог соврать.

– Нет. Не подошел бы.

– Почему?

Что-то слишком много вы, дамочка, требуете от эскортника! Это адвокаты привыкли рефлексировать и словами играть, а те, кого ты хотела вызвать, на такие вопросы отвечать не обучены.

– Прости, – вдруг спохватилась она. – У тебя просто написано, что ты психолог, вот я и подумала, что… Конечно, я понимаю, что это просто маркетинг, никакого образования у тебя нет…

– Ты не выглядишь доступной, – прервал я поток ее слов. – Не так, что можно подойти, купить коктейль и через полчаса уехать вместе в отель. С тобой еще надо постараться, заинтересовать. Зачем? Если рядом есть те, кто уже готов. Ты вообще кажешься вполне самодостаточной и умной – значит, отбреешь, да еще и так, что потом неделю самооценку собирать из осколков.

Арина слушала меня с легкой полуулыбкой, вертя бокал в пальцах и глядя сквозь него в окно.

– Но я не самодостаточная! – она потянулась за бутылкой, но я успел первым и долил ей шампанского. – И вообще легко ведусь на любую болтовню от парней.

– Что ж, – я коснулся краем своего бокала ее, и по кухне разнесся тонкий хрустальный звон. – Значит твои мужчины были умнее меня.

Она фыркнула прямо в шампанское и, смутившись, принялась вытирать капли с губ.