Павлов открыл дверь и посмотрел на посетителя. Перед ним стоял тот, кого он ждал.

— Проходи, — коротко произнес он. — Снимай куртку и проходи в комнату. Почему опоздал?

— Ты не поверишь, но у вас в Чувашии, самые ангажированные гаишники. Они меня держали минут сорок, пока я им не предложил деньги. Таких беспредельщиков, нужно еще поискать.

— Ты, надеюсь, один приехал, без водителя? Мне лишние люди не нужны.

— О чем речь. Выйди и проверь, если не веришь мне? Я с заказом, — тихо произнес он.

— Кто он? — тихо спросил его Павлов. — Барыга, бандит?

— Не совсем так. Он простой мужик, бывший сотрудник милиции.

— И чего вы испугались? Что сами не можете решить с ним этот вопрос? Наверное, ходит без охраны, и свернуть ему голову особого труда не представляет?

— Это не я, это шеф боится его. Во-первых, он тоже, как и ты, бывший Афганец. Во-вторых, он очень умный и хорошо подготовленный человек и не каждый сможет его вот так взять и убрать. А, в-третьих, нам нужен человек из другого региона. Наших стрелков могут вычислить.

— Почему ты решил, что это дело смогу сделать я? Ваших стрелков, значит, могут вычислить, а меня?

— Да, потому, что ты профессионал, каких мало. Да и дело очень серьезное, здесь не должно быть не каких проколов. Понимаешь, нужен положительный результат, который можешь гарантировать только ты.

— Понятно. Сколько?

— Шеф, дает за это дело десяточку, — произнес «Канадец».

Он внимательно посмотрел на Павлова, ожидая от того какой-то реакции. Однако, тот был спокоен.

— Пусть за эти деньги его убивает кто-то другой. Я отказываюсь от этого заказа.

«Канадец», заведомо снизил сумму заказа в два раза, рассчитывая, что сможет с экономить на этом деньги. Однако, заметив на лице Павлова, недовольную гримасу, озвучил новую сумму.

— Я пошутил, двадцатка. Вот задаток, здесь десять тонн зеленых. Остальные, как обычно, после работы. Ствол, адрес и фотографию возьмешь на старом месте.

«Канадец» встал и направился к двери. Остановившись в дверях, он повернулся к Павлову и произнес:

— В твоем распоряжении две недели.

Он вышел из квартиры и плотно закрыл за собой дверь.

Павлов приехал в Казань и уже второй день следил за домом, в котором жил Лавров. Это был обычный пятиэтажный панельный дом, построенный в конце шестидесятых годов.

Из припаркованной с угла дома машины, он наблюдал за подъездом объекта, надеясь увидеть его сегодня днем. На пассажирском сиденье лежала фотография Лаврова. Он часто переводил свой взгляд с подъезда на эту фотографию. Изображенный на ней мужчина был очень похож на того лихого молодого лейтенанта, который спас его не только от плена, но и от позора всей его родни. У лейтенанта была такая же обаятельная открытая улыбку, как и у этого человека, фотография которого лежала на сиденье рядом с ним. Наконец, из подъезда дома вышел мужчина и не спеша, направился в его сторону. Он не мог ошибиться, в приближавшемся к нему молодом человеке, он узнал того лейтенанта, который спас его из плена. Тогда, в Афганистане, он от радости забыл спросить его фамилию и имя, и сейчас внимательно вглядываясь в знакомые черты идущего ему на встречу мужчины, он понял, кого он должен был убить. Его рука, сжимавшая еще минуту назад рукоятку пистолета, стала вдруг влажной от охватившего его волнения. Он разжал руку, и пистолет упал ему под ноги.

Павел вышел из машины и чуть ли не бегом бросился к Лаврову.

— Товарищ лейтенант! Вы помните меня? Это я Павлов! Мы меня тогда спасли в Афганистане!

Лавров остановился и внимательно посмотрел на парня, который раскинул руки и стремительной походкой двигался ему на встречу. Да, он не мог ошибиться, это был сержант Павлов, которого тогда в результате рейда, они спасли из плена.

«Но, как он мог найти меня? — подумал Павел. — Я ведь не говорил ему ни своего адреса, ни фамилии?»

Они обнялись, словно братья и еще долго мяли друг друга в своих объятиях.

— Как вы живете, товарищ лейтенант? — поинтересовался у него Павлов.

— Что тебе сказать, сержант? Раньше жил лучше, даже тогда, когда воевал там за речкой. Хотел жениться, не получилось.

— Как так не получилось? — прервал его на полуслове Павлов.

— А, вот так. При выходе из ЗАГСа убили ее. Хотели убить меня, а убили ее. Я с ней познакомился еще там в Афганистане. Она служила в полевом госпитале. Встретились мы с ней, как и с тобой случайно. Я возвращался домой после службы, а она ехала домой в том же поезде. Да, о чем я говорю. Давай, пойдем куда-нибудь, посидим, поговорим. Выпьем за наших друзей, которые сложили свои головы в Афганистане.

Он еще раз обнялись и направились в ближайшее кафе.

Лавров сидел за столиком и смотрел на Павлова. Тот безостановочно рассказывал о себе, о своих родных и еще о чем-то, но он его не слушал. Он снова вспомнил тот бой за небольшой кишлак, который словно ласточкино гнездо, прилип к горному склону. Как донесла авиационная разведка, в сторону этого кишлака с боями прорывалась банда полевого командира Зуфара. Численность банды по предварительным данным разведки составляла около восьмидесяти человек. Несмотря на то, что банду сильно потрепали разведгруппы ГРУ, она по-прежнему представляла определенную опасность для военного командования группировки войск. Моджахеды могли оседлать дорогу, по которой беспрерывным потоком шли грузы из Советского Союза.