Герцог окинул Марту придирчивым взглядом с головы до ног и, кажется, остался доволен. Сделал в сторону Ламмерта едва заметный одобряющий жест, отчего лекарь просиял. Видимо, заслужить похвалу от Генриха не так и просто.

– А что с тобой? Ранен?

Марта проследила за взглядом герцога. Вот черт! Штаны Ламмерта в районе бедра были разодраны. На ткани алело довольно обширное пятно крови. Видимо, он повредил ногу, когда упал с лошади. А Марта до этой минуты ничего и не заметила. Он ведь ни разу даже виду не показал, что ранен. Был сосредоточен только на том, чтобы не дать подопечную в обиду. Нет, он, конечно очень юн, этот добрый доктор Айболит, но мужества и самоотверженности ему не занимать.

– Я справлюсь, – спокойно ответил он Генриху. – Мне нужно четверть часа.

– Хорошо. Гольтен, останешься с Ламмертом, – распорядился герцог, и один из его людей тут же спешился. – Остальные со мной.

Генрих подал своему скакуну команду, и тот вплотную приблизился к Марте. Она моргнуть не успела, как сильные руки подхватили ее, чтобы усадить в седло. В этот раз она оказалась не сзади, а спереди от седока, спиной прижатая к его мощной груди.

Отряд, выстроившись гуськом, тронулся в путь. Первые несколько минут голова Марты была занята вопросом, что делать с Ключом Воли, который она продолжала сжимать в кулаке. Рассказать ли о нем Генриху или лучше промолчать и, наоборот, понадежнее припрятать на всякий случай?

Если бы она доверяла герцогу на все сто, то, конечно, не стала бы скрывать от него тайный подарок атильды. Но она не доверяла. Он ведь даже так до сих пор и не рассказал, что ему от нее нужно. Марта чувствовала, что ее что-то может связывать с этим человеком. Ведь его голос вызывает в ней непонятные ощущения. А еще запах. Да! Теперь, когда она вынужденно находилась практически в его объятиях, ее нос щекотал его аромат, который казался знакомым. Чуть пряный, чуть горький, чуть солоноватый – очень мужской, дразнящий. и опасный. Вот именно! Подходящее слово – опасный. Поэтому ни о каком доверии речи идти не может, а значит, Ключ Воли необходимо спрятать.

Только вот куда? Марта заметила за этой вещицей интересное свойство – она прекрасно липла к коже. Поэтому решение пришло простое. Марта незаметно запустила пальцы между пуговицами блузы и прилепила Ключ Воли в район груди. Во все времена это место считалось одним из самых надежных для сокрытия ценных вещей от посторонних глаз.

Теперь, когда трофей был пристроен, Марта решилась заговорить с Генрихом. Вопросов у нее было хоть отбавляй, но начала с самого невинного.

– Далеко еще до сторожки, Ваша Светлость? Я боюсь, лошадь может не выдержать двух ездоков.

– Недалеко.

Короткий ответ подсказывал, что герцог не настроен на светские беседы, но Марта посчитала, что имеет право продолжить.

– Кто эти люди, которые устроили засаду?

– Вольники. Они получили по заслугам и убрались туда, где им и место.

– Вольники? – переспросила Марта. Точного значения этого слова она не помнила. Но чисто интуитивно догадывалась, что речь о каких-то разбойниках, головорезах или грабителях.

– Да, не переживай, это были не ищейки короля, а обычные вольники. Но даже если бы это оказались люди из тайной канцелярии, тебе все равно не о чем было бы беспокоиться – мы не дали бы им добраться до тебя.

Генрих произнес эти слова с какой-то спокойной ледяной убежденностью. Как будто он был готов к такому развитию событий, и у него имелся для подобного случая план действий. А ведь и правда – имелся! Марта вдруг осознала кое-что важное. Все, что произошло после нападения – это все не просто так. Люди герцога знали, что делать – действовали слаженно. У них была предварительная договоренность. Это была хитрая многоходовка, цель которой – защитить Марту. Задача Ламмерта заключалась в том, чтобы быстро и незаметно увезти ее как можно дальше от нападавших. Остальные предпринимали обманные маневры, сбивали с толку, заставляли нападавших рассредоточить силы. А сам Генрих остался на месте, как приманка. И это все ради нее? Ради Марты? Что же она за птица такая?

Глава 4. Все в твоих руках

Когда ты прижата крепкой мужской рукой к крепкой мужской груди, наверно, поздно размышлять о том, можно ли доверять этому мужчине. Ох, похоже, влипла Марта по полной. Герцог явно имеет на нее какие-то планы, которые совсем не обязательно понравятся ей самой. Из положительного только то, что Марта, по всей видимости, нужна ему живой и невредимой. Вон как он печется о ее безопасности. Из отрицательного – то, что у Марты по прежнему катастрофически мало информации.

– Ваша Светлость, зачем я вам?

Хотела бы Марта иметь возможность смотреть в глаза Генриху, когда задавала этот вопрос. Но тесное седло и железная хватка седока не давали ей возможность развернуться.

– Я все расскажу тебе, когда сниму Путы. Пока говорить о твоем будущем не имеет никакого смысла. Действие Пут затуманивает твое сознание. Ты не сможешь трезво оценить сделку, которую я хочу тебе предложить.

Как хорошо, что Марта уже поняла, что нужна Генриху живой и непокалеченной. Это значит, в его планы не входит причинять ей вред. По крайней мере, пока. Поэтому она может позволить себе говорить с ним открыто и прямо, не боясь, что он открутит ей за это голову.