Я остался наедине со свиньей и стал творчески размышлять: человек я не административный, в любое учреждение вхожу исключительно как проситель. Я дирижер, музыкант-педагог. Свинья предназначалась явно не мне. Налицо подлинное недоразумение. Надо по звонить в лесхоз, меня, несомненно, поблагодарят и немедленно пришлют за свиньей. Позвонил. Трубку взял директор лесхоза.

— Мне в вашем лесхозе подложили свинью… Поросенка. Двухпудового, — сказал я.

— Какую свинью? О чем вы говорите?

Я стал объяснять. Меня перебили:

— Надо закусывать, гражданин. Неплохо поросенком. Тем более с хреном.

Я еще что-то кричал в трубку противным фальцетом, кому-то грозил… И остался при свинье.

На втором этапе размышлений пришел к выводу: никто тик не разберется в этом деле, как милиция. В пылу схватил мешок и направился в наше отделение.

На улице убедился: для ношения двухпудовой свиньи под мышкой, вероятно, требуется тренировка. Я брал мешок с тушкой то под правую, то под левую… Прошел квартал, не чувствуя обеих рук.

В отчаянии перебросил мешок за спину. Прохожие удивлялись: идет по виду интеллигент, в модном пальто, в шляпе и тащит мешок, как базарный спекулянт-мешочник.

Увидев меня, дежурный лейтенант милиции, еще не услышав от меня ни одного слова, произнес:

— Успокойтесь, гражданин. Выпейте воды.

Очевидно, у меня в самом деле был вид начинающего сумасшедшего.

— В этом мешке!.. — воскликнул я. (Лейтенант побледнел.) В этом мешке… поросенок.

— Ах, поросенок? — обрадовался дежурный.

Я ответил на все вопросы лейтенанта. Он позвонил в лесхоз. Выслушав директора, лейтенант объяснил мне:

— Директор лесхоза собирается привлечь вас к суду за клевету. Требует записать вашу фамилию и адрес.

Дежурный осмотрел розового, упитанного поросенка и не без удовольствия заявил:

— Свежий.

— Я его оставлю у вас, — бойко произнес я.

— Как это оставите?! Если бы вы его нашли на дороге, другое дело… Мы бы разыскивали владельца. А то привезли на своей машине свинью и хотите ее подложить милиции.

— Не на своей. У меня нет машины.

— Тем более. Человек вы культурный, надо смотреть, что везете. Паспорт при вас?

В общем, из милиции я вышел как человек, который сел не на тот поезд и едет в обратную сторону. На третьем этапе творческих размышлений нашел выход: отнесу свинью в детдом. Подарю ее детям, благо, знаю адрес детдома. Остановил такси и покатил — через десять минут избавлюсь от свиньи.

Заведующая детским домом, улыбаясь, уже хотела поблагодарить меня за подарок ребятам, но как бы мимоходом спросила:

— Это лично ваш поросенок-то?

И тут я свалял дурака, рассказал все как есть.

— Не могу принять его, — сказала заведующая. — Сперва отнесите его к ветеринарному врачу, возьмите справку, что он пригоден в пищу, а потом я приму подарок по акту.

— Зачем же… Сами пригласите врача.

— Сегодня уже поздно. Так что забирайте вашего поросенка, а завтра снова принесете его. Да, еще захватите справку домоуправления, я ее приложу к акту.

И снова я потащился с мешком. Дотащил свинью до трамвая, затем пересел в троллейбус. Переживал морально и страдал физически. Я взмок, ныла спина, стучало в голове.

И как положено в несчастных случаях, в троллейбусе меня увидели знакомые. Каждый трогательно интересовался, что за мешок у моих ног.

Я заикался, врал: правда в данном случае была явно бесполезна. Знакомые подозрительно покачивали головами и спешили отойти от меня подальше. За спиной я услышал громкий шепот:

— Подобрал где-то чужой мешок и тащит его домой того, чтобы сдать в милицию.

Кондуктор зорко следила, чтобы я не оставил свинью в троллейбусе.

Жене я смело рассказал все, ибо она сообщила, что спектакль прошел с успехом.

— А ты не запомнил номер машины? — спросила жена.

Этот вопрос не догадался задать даже дежурный милиции.

— Это же ясно, тебе подложили свинью, потому что ты приехал на машине какого-то деятеля, которому подносят упитанных поросят, — заключила жена прелестным меццо-сопрано.

Уже весной, снова возвращаясь из районной музыкальной школы, я намеренно завернул в лесхоз.

Целый час гулял по саду и терпеливо ждал, пока мне снова подложат свинью. Но, увы! Я приехал в лесхоз на такой же машине «Волга». Но… жена была права: это была не та машина.