Шрифт:
Должно быть, подсознательно ощущают, что тут кто-то есть, вот и не суются. Короче, другой дуры, кроме неё, на острове не нашлось. Остальные рисковать здоровьем не решились, да и зачем бы им это. Больше никому от Фреда прятаться не надо.
Ладно, всё хорошо, что хорошо кончается.
Ула потянулась. Потанцевать, что ли, чтобы размяться?
«Что такое — танцевать?»
— Сейчас покажу.
Людей-то она развлекала за милую душу. Так почему бы и морское чудище не позабавить?
Ула включила на инфоре любимую старую классику, фольклорную группу «Минус Трели», композицию «Ингерманландская 3», неторопливую полечку с варганом.
— Тебе мою музыку слышно?
«Сквозь воду — плохо. Но я слышу её через тебя».
Хм, какой оригинальный вариант. Ну ладно.
Ула положила звучащий инфор на камень. И изобразила танец водорослей. Она неторопливо переступала по песку, покачивала бёдрами, поводила плечами. У девушки пластично извивались руки, всё тело и даже ноги. В общем, получилось нечто, похожее на танец живота, но не совсем.
«Я тоже так умею», — похвасталось существо.
— Я видела, — проворчала Ула, улыбаясь. — Даже напугалась. Водоросли танцевали красиво, я эти движения и скопировала. А вот когда вода в бухте забурлила и заплескалась…
«Прости. Не бойся, я ведь не могу выйти на сушу. Это я так радуюсь. Я больше не буду».
— Да почему же? Танцуй, конечно! Ещё не хватало — запрещать тебе радоваться! Я постараюсь не бояться. Красиво же получается! Вот только если бы я ещё и тебя при этом видела! Покажись, а?
Но только глубокий водяной вздох был ей ответом.
5.
Она, наконец, привыкла разговаривать только мысленно, не повторяя вслух.
«Как зовут меня, ты знаешь. А у тебя имя есть?»
«Есть. Уэно».
«Ну, вот и познакомились. Хотя ещё не полностью, ты ведь меня видишь, а я тебя — нет. Может, наконец, покажешься?»
Пауза, водяной вздох.
Ула рассердилась.
«Я тебе доверяю настолько, что даже задремала тут, с риском, что неизвестно кто меня в воду утащит и съест там маленькими кусочками! А ты мне не доверяешь!»
Существо обиделось.
«Я же говорю, что не ем людей. Я ем рыбу, крабов, креветок, некоторые водоросли».
«Ну, прости, пожалуйста. А что я должна думать, если ты от меня прячешься?»
«Как это — что думать? Разумеется, всякие интересные мысли о мирах! И представлять красивые картинки. Ты очень увлекательно рассказываешь и показываешь, мне понравилось, хочу ещё и ещё. Но ты устала…»
Вздох, как шум воды.
— Устала, — согласилась Ула. — И мне пора идти. Друзья будут беспокоиться, куда я на весь день пропала.
Ментальный шум, словно выдох фонтаном воды, прозвучал ещё громче.
«Ты придёшь сюда ещё?»
— Приду.
«Может быть, и каждый день сможешь приходить?»
— Смогу.
Водоросли в дальней стороне бухты затанцевали снова.
Ула медленно полезла наверх, то и дело оглядываясь.
Странный разговор. Странный, интересный собеседник. Но вот ведь бука!
Он так и не показался.
Глава 6. Охота на птичку
1.
Фред поутру снова пришёл к коттеджу, мирно постучался.
Ванда с ленцой потопала ко входу и завела отвлекающий разговор сквозь запертую дверь. Ула в это время перемахнула через перила веранды, но тут же услышала быстрые шаги.
Фред догадался о её манёвре, оставил попытки уговорить Ванду отпереть и побежал вокруг дома.
Ула ужаснулась. Фред высокий и длинноногий, она ему ростом по плечо. Он догонит её в два счёта!
Кустарниковая гряда не подступает к самой скале, на уступе которой стоит коттедж Ванды. Уле надо пробежать по горной тропинке, прежде чем удастся нырнуть в лиственное убежище. Она должна сильно ускориться, чтобы юркнуть в зелёную нору, пока хищный клоун её не заметил. Тогда он не поймёт, куда она делась, и не настигнет. Так делают земные домашние коты, когда бегают — очень резко прибавляют скорость. Так делают мауры, а люди не могут или не умеют. А может, просто не пробовали?
Она успела. Рванула от дома вниз во все лопатки, а затем прыгнула в заросли и так, согнувшись буквой «с», а порою и на четвереньках, доползла до летнего театра. Ускорение дорого обошлось, сердце у девушки бешено колотилось, дыхание срывалось, ноги подгибались. Если сразу же понадобится удирать снова, она далеко не убежит.
Если в театре не таллиманки, а кто-то другой, или, не приведи боги, Лариса… То, пожалуй, в зелёной норе придётся сидеть до ночи. А как же Уэно? Он ведь будет ждать. Обидится ещё, уплывёт куда подальше. Вот и не станет у неё странного, интересного собеседника.