– Да, светлые неплохо проредили нас во время войны разделения с помощи этой штуки. А уж как все радовались, когда этот венец пропал. И вот спустя столько веков он нашёлся. Я, право слово, думал – сгинула эта вещица в круговерти войны. А она была во владении у одной семьи дроу, и они ни разу словом не обмолвились, что Венец у них, зато как потеряли – крик подняли. А светлые не дураки – сразу вцепились в этот артефакт, прислали для охраны тридцать рыцарей «Фениксов» во главе с командиром. Вот с ними и пришлось разбираться. Ну, а после этих «разбирательств» нам и достались эти прекрасные доспехи. Целиком из мифрила, между прочим, – добавил Лорд Гьеран.

Эта ремарка проняла даже обычно невозмутимого полковника. Уж очень невероятным казался факт, что пред тобой находится кусочек сказки. Все герои древних легенд и сказок, что эльфы, что гномы, владеют оружием и доспехами из этого металла. На него прекрасно ложатся магические руны усиления, и все изделия мифрила приобретают просто невероятные качества. А о цене на вещи из него даже и говорить не стоит – её просто нет, они без цены. Фред осмотрел и ощупалбуквально каждый сантиметр этого произведения магического и оружейного искусства.

– К нам обращался род их прошлого владельца, не напрямую конечно – через гномов банкиров. Предлагали много золота, чтобы их вернуть, – с усмешкой сказал лорд дроу.

– Это, наверно, была астрономическая сумма, – тряхнул головой дядя Лёша. – Я даже приблизительно не могу представить цену этого сокровища.

– О, поверьте, господин полковник, светлые прекрасно знают цену подобных артефактов. Но, во-первых, у вас, имперцев, есть замечательная поговорка – «Что с боя взято – то свято». Во-вторых, мы бы не согласились, даже если они предложили в замены корону великого леса. Это дело принципа, – уже серьёзно проговорил лорд Гьеран.

– А это что такое? – обратился к нему Фредерик, указывая лапой на большой диск, обтянутый кожей с целой гирляндой клыков и когтей по периметру.

– Это орочий шаманский бубен, – ответил Дарен. – Когда-то принадлежал великому шаману Хараураг из Клана Огненного Молота.

– Не надо в него стучать! – резкий окрик лорда остановил лапу кота, уже намеревающегося послушать, как звучит бубен одного из великих шаманов. – Даже я не представляю, кто может прийти на зов этого инструмента, и сможем ли мы с ним справиться.

– Да? А я слышал, что без специального шаманского ритуала долби в бубен сколько хочешь, а проку будет чуть, не услышат духи, – удивился Фред.

– В обычный – хоть изстучись, но к этому Хараураг привязал частичку своей души. И как отреагируют починенные шаману духи, услышав звук знакомого бубна – преставления не имею, – покачал головой лорд дроу.

– Я слышал про этого шамана, – вдруг сказал дядя Лёша. – Говорили, что его побаивались даже сами орки. А они ребята не из пугливых.

– Было такое. Когда-то он вместе с кругом шаманов заживо сгноил целый город, применив неизвестное до того массовое проклятие. Это было в вольных баронствах, когда их клан во время набега столкнулся с ожесточенным сопротивлением горожан, – подтвердил слова полковника лорд Гьеран.

– И даже не само уничтожение, а способ. Орки, ворвись они в город, не пожалели бы никого, вырезали бы всех – от сопливого малыша до беззубой старухи. Но превращение всего живого в гниющие останки сильно претит кровожадной натуре детей степи. Вот после этого случая между вождём клана и шаманом пробежала большущая такая черная кошка, – уточнил Дарен.

– Странные у них взгляды. Порубать ятаганами и боевыми топорами несколько тысяч разумных – это нормально. А применить проклятие и изничтожить столько же считается неблагородно, – заметил Фред.

– Ну, орки – это орки. Взгляды на жизнь и на смерть у них особенные, – протянул полковник, прослуживший не один год на границе со степью. – Уйти к предкам в кровавой сече, окружённым горой зарубленных своей рукой врагов – для них нет более достойной смерти. Если ты погиб в бою – это тоже достойная смерть. Вот и рубя направо и налево, они дарят своим врагам достойную смерть. А то, что уничтожают почить всех – тоже понятно. Когда в степи враждуют орочи кланы и на стойбище нападают – сражаются все, кто как может. И у них нет такого понятия, как гражданские.

– Но рабов они все-таки захватываю не совсем всех уничтожая, – сказал Фред.

– Да, но захват рабов никогда не становится основной целью набега, – ответил дядя Леша.

– А вот одна из звёзд наше «маленькой» коллекции, – Дарен указал на большой двуручный молот. – Знаменитое оружие Норина «громового молота».

По рукоятке стоящего на набалдашнике пробегали миниатюрные молнии. Одна сторона боевой головки представляла из себя собственно молот, а другая – массивное, слегка изогнутое лезвие. Даже на взгляд оружие казалось очень тяжёлым.