– Тетушка Мари, все хорошо? Думаю, отец вернулся с задания. Его почти две недели не было, видимо хочет встретиться.

Мари продолжала напряженно вглядываться в лицо Ланы. Затем положила ладони ей на плечи и впилась пальцами с такой силой, что Лана охнула от боли. По плечам словно пробежали искорки электрического разряда, но это ощущение быстро прошло.

– Помни, девочка, что бы ни случилось, я всегда помогу тебе. Помни об этом, Лана.

По-родственному поцеловав Меланию в лоб, Мари разжала пальцы и выпустила ее за дверь.

Лана была ошарашена. И поведением Мари, и ее словами. Она всегда звала ее полным именем, и никогда не сокращала до Ланы. Еще этот поцелуй в лоб, и грустный взгляд, словно Мари прощалась с ней.

Дойдя до ворот, Лана с облегчением увидела, что жандарм привел под уздцы вторую лошадь.

Если бы ей пришлось сейчас ехать в седле с этим бугаем, то это стало бы самым скверным окончанием дня. Она по-женски запрыгнула в седло, поправила юбку и тронулась в сторону крепости, не дожидаясь жандарма.

Душу грела скорая встреча с отцом.

Военная крепость Трецестер располагалась южнее Бросвена. Построенная на возвышении, она была видна с любой точки города.

Изначально в этих землях возвели форт, а позже уже построили городок для снабжения его продовольствием.

Центральная улица города от площади смотрела четко на Трецестер. Как компас, безошибочно указывающий на север. Такое решение при строительстве города было принято для быстрого перемещения жителей в случае нападения.

Отличная была бы мысль, если бы центральная улица шла через весь город. Лана видела карту Бросвена, и он напоминает вытянутую каплю, смотрящую своим острым концом на крепость.

Чем ближе дом к крепости, тем дороже он стоил. Там жила вся немногочисленная элита города. По сути, вся центральная улица была престижной, но не потому, что была центральной в городе, а потому, что являлась гарантом быстрого передвижения к крепости. Дом, который выделили ее отцу, как генералу-полковнику, был самым ближайшим к Трецестеру.

По центру капли располагалась круглая площадь и на ней заканчивалась центральная улица. А за ней уже шли огромным полукругом покосившиеся старенькие дома с грязными петляющими улочками. Ни о какой эвакуации для этой части города и речи нет. Не предусмотрено.

В самом дальнем краю города, у леса, и жила Мари.

Лана уже давно не была наивной девочкой, и понимала, что стоит последнему богатею укрыться за стенами, как ворота тут же закроют.

Крепость Трецестер представляла собой огромный треугольник, с тремя круглыми башнями по углам соединенными тридцатиметровыми толстыми стенами. Из-за чего и получила свое название.

Когда они с жандармом прошли ворота, солнце почти село. Лана ловко спрыгнула с лошади и направилась к одной из башен. Она не так часто бывала в крепости, но кабинет отца могла найти с закрытыми глазами. Как и тайный ход, который ведет к храму.

Отец сразу по приезду показал его, заставил выучить путь, как открыть и закрыть проход. И сообщил, что о нем здесь никто не знает. Сам он раздобыл эту информацию в архивах императорской библиотеки, когда готовился к переезду сюда.

Лана в который раз за день тяжко вздохнула. После исчезновения ее матери у отца начались параноидальные мысли, и везде мерещились теории заговора. А свою дочь он обучал так, словно готовился отдать ее в элитный разведывательный отряд тайной канцелярии.

В академии ей в обязательном порядке ставили внеурочное обучение владением холодным оружием и боевой магией. Конечно же по протекции отца и с оплатой уроков. И это не считая обязательных занятий по общей физической подготовке.

Лана уже прошла половину лестницы, когда поняла, что жандарм все еще идет за ней.

– Не нужно меня провожать. Я сама могу найти кабинет отца.

– Мне приказано доставить вас к генералу-полковнику.

Лана пожала плечами. Раз ему больше нечем заняться, пусть провожает. Ей не жалко.

Она вышла в коридор и почувствовала, как ускоряет шаг. Каким бы отец ни был параноиком, но это ее единственный родной человек, и она успела соскучиться по нему.

Лана без стука влетела в кабинет:

– Отец, ты уже прие…

Конец фразы так и повис в воздухе.

За массивным дубовым столом сидел крепкий молодой мужчина в форме генерала-полковника. Но не Тревис Хеллворт.

– Маркус?! Что ты здесь делаешь? И где отец?

И в этот же момент жандарм с негромким стуком закрыл дверь, запирая ее в кабинете. Теперь хотя бы понятно, почему он так упорно провожал ее к кабинету. Чтобы не сбежала.