Шрифт:
Хотел бы я увидеть только раз,
Уж если мне досталось это диво,
Что кроется за тихим светом глаз,
Глядящих так спокойно и правдиво.
ПОРТРЕТ
Категоричные сужденья,
Горящий взгляд.
На скулах пятна возбужденья,
Слова бурлят.
Но вот, внезапно сбившись с тона,
Взглянув вокруг,
Вы снисходительно и томно
Вздохнули вдруг.
Как будто вы росли меж принцев,
В иных веках.
И говорите вы: «Мой принцип» —
О пустяках.
Ах, как же вы принципиальны
И как скучны,
Ах, как же вы провинциальны
И как смешны!
ПОПЫТКА ОПРЕДЕЛЕНИЯ КРИТИКИ
Но что же такое критика? Маэстро или тапер?
Но кто она — режиссер, оценщик или разметчик?
На самой передовой расчетлива, как сапер,
Иль в поиске «языка» удачлива, как разведчик?
Иль в том, чтоб за фронтом шагать, видит задачу свою,
Присваивает нам званья, не ведая об обидах,
Подсчитывает трофеи, добытые нами в бою,
И так привычно уже закапывает убитых?
* * *
В ранний час в березовых хоромах
Гулко гром грохочет молодой,
И дымки взорвавшихся черемух
Тут и там не тают над водой.
С хвои сходит измороси проседь,
За рекой горланят петухи…
В этот ранний час решают бросить
Пить, курить или писать стихи.
К ПОРТРЕТУ
Той давней, той немыслимой весной,
В любви мужской почти не виноватая,
У низенькой земляночки штабной
Стоишь ты, фронтовая, франтоватая.
Теперь смотрю я чуть со стороны:
Твой тихий взгляд, и в нем оттенок вызова,
А ноги неестественно стройны,
Как в удлиненном кадре телевизора.
Кудряшки — их попробуй накрути! —
Торчат из-под пилотки в напряжении.
И две твои медали на груди
Почти в горизонтальном положении.
В тот промелькнувший миг над фронтом тишь.
Лишь где-то слабый писк походной рации.
И перед объективом ты стоишь,
Решительно исполненная грации.
ВОИТЕЛЬ
«Служивые из наших мест
В любимых не теряли веры,
А в это время их невест
Уничтожали браконьеры».
Так объявил какой-то друг
На мелкой станции, в буфете,
Но люди, бывшие вокруг,
Смеялись, слыша речи эти.
Он предлагал издать закон,
И вообще по всем приметам
Он основательно знаком
Был с обсуждаемым предметом.