– Я не демон! Что за бред? – возмутился мой собеседник.

– Так, тогда возвращаемся к моему первоначальному вопросу. Что ты такое? – я уже обнаглела и не церемонилась в формулировках.

– Не «что», а «кто» – это раз. Я твой Хранитель – это два, – мужчина демонстративно загибал пальцы, и я снова не выдержала и перебила.

– От кого? От кого ты меня будешь защищать и хранить? – я немного расслабилась и сменила позу. Потому что тело устало сидеть, напряженно сжавшись в комок.

– Ну, вообще, ведьму охраняют от недоброжелателей, но судя по тому, как конкретно ТЫ себя ведёшь, тебя надо охранять от тебя самой, – усмехнулся «недемон» с демоническими крыльями.

– Не надо меня охранять. До свиданья. Дома крылья досушите, – я мотнула головой в сторону выхода. На моем простом языке это звучало «проваливай нахрен из моей квартиры».

– Пока мы нормально не поговорим, я никуда не уйду, – припечатал «недемон» Константин, поняв мой намек.

– Тогда говори и проваливай, – да, признаю, я немного обнаглела, так как понимала, что этот « товарищ» с крыльями меня не тронет.

– От бабушки тебе достался дом, и ты должна вступить в наследство, а еще принять силу, – мужчина проигнорировал мою грубость.

– Я никому ничего не должна. Если на этом все, то… где дверь, я думаю, ты знаешь, – мне нужно было одиночество, чтобы переварить услышанное.

– Подумай пока, а я действительно пойду. Если ты думаешь, что мне доставляет удовольствие возиться с маленькой взбалмошной ведьмочкой, то ты ошибаешься, – Константин встал и, отряхнув крылья, на которые я засмотрелась, куда-то их убрал. В смысле, он их убрал за спину, но куда они потом исчезли – загадка. Он снял со спинки стула рубашку и надел. Я же, как завороженная, провожала взглядом каждое его движение. Мужчина нарочито медленно застегивает пуговицы, надевает пиджак. Достает из кожаной папки бумаги и оставляет их на кресле, в котором только что сидел. Все это в полной тишине. Но когда Константин уже был в дверном проеме квартиры, я отмерла и крикнула ему вслед.

– Я не ведьма, – было дикое желание, чтобы мое слово было последним.

Мужчина замер, бросил на меня задумчивый взгляд и вышел. Спустя мгновение входная дверь хлопнула, оповестив меня о том, что я в квартире одна.

Я вскочила и почему-то первым делом побежала проверять сумку, не обчистил ли меня этот странный тип. Естественно, деньги были в конверте, и мне даже самой перед собой стало стыдно. Мне вот там целый дом предлагают в наследство, а я побежала свои три копейки проверять. Кстати, что там за дом-то такой? Вернулась в комнату и нашла документы, оставленные мужчиной. А все-таки он хорош, не смотря даже на этот недостаток в виде крыльев. Хотя почему же недостаток? Может, можно в хозяйстве найти им применение. Боже мой, я рассуждаю, куда можно применить демонские крылья в хозяйстве. Совсем с ума сошла!

Перелистываю документы: там кроме непонятных мне описаний, так же фото дома. Я засмотрелось на двухэтажный коттедж, хотя, наверно, когда его строили и слов-то таких не знали. Смотря на фотографию имущества, у меня возникла непреодолимая тяга оказаться там. Дом звал меня и манил, и я испуганно захлопываю папку с документами. Это что за новости? Я же не хотела никакого непонятного наследства. Да и в довесок к дому там какие-то сверхспособности идут. А нужны ли они мне? Снова открываю папку с документами и смотрю на фото. Все же дом красив, не смотря на то, что довольно ветхий и нуждается в ремонте. Перелистываю дальше и натыкаюсь на запечатанный конверт. Твердым уверенным почерком на нем написано мое имя. Немного несмело открываю конверт. Мало ли, а вдруг не мне письмо? А меня строго настрого учили: чужие вещи не брать, чужие письма не читать.

« Дорога моя, Евгения, меня зовут Александра Павловна, и я твоя бабушка. Да, предполагаю, что тебе достался упертый и бунтарский дух твоей матери, поэтому ты меня своей бабушкой не считаешь. Жаль, что мне не удалось тебе это все сказать при жизни, но таковы были условия запечатывания твоего дара. Мы с твоей матерью сделали это, как только ты родилась, так как твоя мать настояла, чтобы ты жила как обычный ребенок. Я уважала ее решение. Но после того, как она и ее Хранитель, который был твоим отцом, погибли, начали происходить странные события. Таинственным образом погибли все, кто обладают нашим родовым наследием. И ты единственная наследница рода. Хоть ты не чувствуешь, но ты ведьма. У тебя есть Хранитель, его зовут Константин. Он поможет тебе во всем и снимет печать, которая блокирует проявление твоей магии. Прими в наследство дом. Это не подачка и не попытка купить тебя. Это сила нашего рода. Он охранял не одно поколение ведьм, надеюсь, и тебя сохранит от бед. Если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет в живых и тебя нашел Константин. Не прогоняй его, он предан тебе и пожертвует жизнью ради тебя и твоего благополучия. Надеюсь, я не сильно испугала тебя своим письмом, но все остальное тебе расскажет твой Хранитель. Будь хорошей ведьмой и неси людям добро».

Я сидела и смотрела на стену, как пыльным мешком прихлопнутая. Верить или нет в то, что сказано в письме? И во что вообще верить? Я ведьма, но со слов бабушки, должна нести людям добро. Я думала, ведьмы всегда несут только зло. И Костик свалил в туман, и спросить не у кого.

Я ходила по квартире и думала, думала, думала. Ну ладно, приму я в наследство дом, но это же какие-то там обязательства. Здесь сто процентов есть подводные камни. Ну не может быть, чтобы двухэтажный дом и дар ведьмы давались мне просто так. Взамен обязательно что-то да попросят. Завтра надо позвонить этому Хранителю – Константину, и пусть он мне все объясняет. А пока надо покушать. Заглядываю в холодильник, но там кроме заветренной «докторской» колбасы ничего не было. Даже хлеб закончился. Надо сходить в магазин около дома, пока он не закрылся.

Быстро одеваюсь и, схватив сумку, выскакиваю из квартиры. Магазин был открыт, и я купила два огромных пакета продуктов. Вот что значит ходить за покупками голодной. Еле тащу пакеты и ворчу себе под нос, что жадность меня до добра не доведет. Вдруг слух улавливает еле слышный писк. Оглядываюсь по сторонам и иду на звук. В канаве, куда добрый дворник скидывает мусор, вместо того, чтобы выносить его, сидит котик. Не беспомощный котенок, но по виду довольно молодой кот. И, наверно, был он когда-то красивым, но дворовая жизнь никого еще не красит. Он жалобно заглядывает мне в глаза, и мое сердце дрогнуло. Ругаю сама себя, но лезу в грязь, скольжу, но лезу дальше. Котик же, не понимая моего маневра, пятится от меня.