Вцепившись в мягкую кожу под моим ухом, он сосет, пока я снова не начинаю звать его по имени. Мои бедра сжимаются, когда пятки впиваются в его задницу, отчаянно нуждаясь в том, чтобы он двигался.

— Ты в порядке? — Он шепчет, и мое сердце падает в груди, что даже в этот момент жестокий, развратный монстр передо мной действительно думает проверить, все ли со мной в порядке.

— Да, да, — повторяю я, хватая его за плечи, желая, чтобы между нами было не так много одежды, и чтобы я могла царапать его кожу, пока не оставлю свои следы.

В ту секунду, когда он двигает бедрами, все мои мысли вылетают из головы, и я полностью сосредотачиваюсь на том, что он делает со мной.

— Чертовски скучал по тебе, Мегера. Чертовски сильно скучал по тебе, — стонет он, как будто испытывает физическую боль.

— Тео, пожалуйста. Трахни меня так, словно я принадлежу тебе.

Я задыхаюсь, когда его рука обхватывает мое горло. Он откидывает голову назад и так пристально смотрит мне в глаза, что я клянусь, он смотрит прямо мне в душу. — Ты, блядь, действительно принадлежишь мне, Эмми Чирилло.

Я вскрикиваю, когда он толкается в меня, его пальцы сжимаются на моем горле.

Он начинает трахать меня в безжалостном ритме. Мое тело горит, когда под моей кожей полыхает адское пламя. Его обжигающее прикосновение оставляет после себя сильное покалывание, когда пот начинает собираться у линии роста моих волос и стекать струйкой по спине.

— Кому ты принадлежишь, Эмми? — Ворчит он, начиная терять контроль, его движения становятся все более и более беспорядочными по мере того, как он добивается своего освобождения.

— Тебе. Ты это знаешь.

— Что знаю? — Он громыхает, явно недовольный таким ответом.

— Ты это знаешь, Тео. Я, блядь, принадлежу тебе.

Отпустив мое горло почти так же быстро, как он на него претендовал, его пальцы находят мой клитор.

— Срань господня, — шиплю я, когда он щипает меня с идеальным нажимом, и я снова лечу с обрыва, но на этот раз он рядом со мной. Его член яростно дергается внутри меня, когда его губы прижимаются к моим, заглушая мои крики, в то время как его тело пульсирует вокруг меня.

Наш поцелуй замедляется, когда сердцебиение приходит в норму, и я тону во всем, что связано с этим парнем, обнимающим меня, желая, чтобы мы были где угодно, только не посреди переполненного клуба, трахаясь в кладовке.

— Нам не следовало покидать отель, — признаюсь я в его нежном поцелуе.

— Наконец-то, — беспечно говорит он. — Кое в чем мы согласны.

Я не могу удержаться от смеха, внезапно чувствуя себя легче, поскольку часть груза, который я таскала с собой, снят.

— Я почти уверена, что мы согласны не только в этом.

— Ах, да? — Спрашивает он, утыкаясь носом в мою шею, слизывая пот, покрывающий мою кожу. — Например, что?

— Например, что мы собираемся сделать это снова сегодня вечером.

— И не один раз.

Я стону, мое тело обвисает в его объятиях.

— Но прямо сейчас ты пойдешь и приведешь себя в порядок, а потом мы потанцуем.

Я наклоняю голову в сторону, чтобы посмотреть на него.

— Ты хочешь потанцевать со мной, босс? — Я поддразниваю.

Его рука обхватывает мой подбородок, большим пальцем он проводит по моей припухшей нижней губе.

— Я хочу почувствовать, как моя жена терзает меня всем телом, прежде чем я отвезу ее обратно в отель и заставлю сделать это снова. Голой.

Дрожь желания пробегает по мне.

Я на мгновение задумываюсь над его словами, заставляя его губы кривиться в усмешке.

— Поговори с ней вежливо, и она, возможно, подумает об этом.

— Это правда, Мегера? — Спрашивает он, касаясь моего носа своим.

— Да. Упоминание о том, сколько оргазмов она могла бы получить в результате этой сделки, могло бы помочь.

— Что ж, к счастью для нее, она получит больше, чем может рассчитывать, — обещает он, его глаза горят вызовом, который я только что бросила.

— Громкие слова, босс, — поддразниваю я, чувствуя, как он снова твердеет внутри меня при одной этой мысли.

— Ты же знаешь, я люблю хороший вызов. Я бы не стоял здесь сейчас, если бы не знал.

Я игриво хлопаю его по плечу. — Эй.

— Лучшая победа в моей жизни, детка. — Выходя из меня, он ставит меня обратно на ноги, прежде чем прибраться.