– Рооообин… – протянула умирающим голосом. – Я не такая.

– Ага, вижу. Ты хуже. Угораздило же…

Думала, что хреновее, чем вечером мне уже не будет, но это было только начало. Несколько раз за ночь меня вывернуло в ведро для льда, которое Роб заботливо принесла с кухни. Но самый страшный кошмар начался утром, когда солнечный свет окна заставил меня с вампирским шипением уползти под одеяло. Глотку жгло от чудовищной жажды, а всё тело пробивало ознобом. А ещё у меня начались галлюцинации, потому что ушей моих коснулись громкие гитарные риффы, заставив беззвучно застонать и уползти уже под подушку.

– Вылезай, улитка. Иначе хана тебе, – голос Робин вплёлся в гитарную игру.

– Мне уже хана…– хрипела под одеялом.

– Ошибаешься, это только начало, сейчас Мор подкрутит свой комбик, и ты точно сдохнешь. Выбирай свой похоронный марш: smoke on the water или highwat to hell? Хотя Мор может слабать тебе что-нибудь из своего репертуара.

Прикинула перспективу и решила не сопротивляться. Отдёрнула одеяло и попыталась сесть.

– Ну и рожа у нашей соседки, – хохотнула миниатюрная девушка, держащая в руках огромную электрогитару. Её чёрные волосы с седыми пёрышками выбивались из-под повёрнутой козырьком назад кепки, а на губах покоилась заинтересованная улыбка.

– Мор это Бет. Бет это Мор! – Робин попирала задом стену, скрестив руки на груди.

– Это интервенция, да? – жалобно спросила девушек, гадая, чего им понадобилась с утра пораньше.

– А она сообразительная, – Китти Морнинг дёрнула одну струну, и от жалобного стона гитары у меня голова затрещала по швам.

– Я больше не буду. Обещаю! Только, пожалуйста, прекратите и дайте попить.

– Робин, как знала, попросила захватить это, – Мор вытащила из рюкзака с кучей нашивок тёмную бутылку с соблазнительными капельками на запотевшем стекле.

– Пиво?

– Опохмел. Мы добрые соседки, – подтвердила Робин, а Китти поиграла бровями.

– В чём подвох?..

– О! Мне определённо нравится эта Бет. Всё просто, ты пообещала, что больше не будешь. Что именно ты не будешь делать? Ответишь правильно, твои мучения закончатся, – палец Мор снова коснулся струны.

– Пить! Я больше не буду пить!

По ушам резанул новый гитарный визг.

– Неправильно?! – в ужасе спросила девушек, понимая, что пытка продолжается.

– Угу. Попробуй ещё раз.

– Блевать в комнате?

Не успела зажать уши. Господи, да эта Мор настоящий дьявол.

– Мы же не изверги и всё понимаем. Посвящение, сёстры, первый раз пила. Тут ничего криминального нет. Ты в другом провинилась, маленькая лживая улитка.

– Подсказку. Умоляю… Я никому не врала!

Меня ждало настоящее соло, от которого хотелось завыть.

– Ладно, Мор, хватит. Я покажу ей, – Робин сжалилась и вытащила из кармана мобилу, а затем почти к носу мне экран прижала.

– Не понимаю… – я смотрела фото с экрана в гостевой комнате. Я и Эд.

– Тебе Хэндерсон нравится.

Ужас одновременно с облегчением прокатился по моему измученному телу. Они знают! Они знают… хорошо…

– Не отрицает, гляди-ка, – Мор придвинулась ближе и выглядела так, словно ничего забавнее в жизни не видела.

– Мне надо отказаться от Эда? – я всё ещё не понимала, чего добиваются девушки.

Они синхронно закатили глаза, и Китти осторожно поставила гитару рядом с усилителем.

– Курт Норис, конечно, та ещё заносчивая мудила, но он твой парень, Бет. Если ты его не любишь, а сохнешь по ботанику Хэндерсону, не морочь им обоим голову. Некрасиво это. Тем более, один из них тебе всё утро трезвонит. Угадай кто?

Эд

– Текила-гёрл?* – мой голос напоминал охрипший ультразвук. – ТЕКИЛА-ГЁРЛ?! Как ты до этого додумалась, вообще?!

Руби запихнула указательные пальцы себе в уши, а бабуля Грейс потупила взгляд, и если бы не развратный макияж на её покрытом морщинами лице, то со стороны именно я выглядел бы тут психом. Это меня нужно в наручники и в обезьянник.

Господи, моя бабушка не проститутка, у неё просто маразм. Прям чувствую, как из моей груди рвутся истеричные смешки.

– Я называю себя бурбон-леди, – поправила Грейс и тряхнула пустым ремнём, из которого законники изъяли шоты и бутылочки со спиртным.

– Давай ещё раз, – я сдавил виски, ощущая, что градус безумия на кухне нарастает. – Ты в таком виде заявилась в клуб в поисках клиентов. Предлагала им виски втридорога, а потом тебя повязали?

– Не совсем, – смутилась женщина, которую высшие силы послали мне в родственницы.

– Что ещё я не знаю?

– Эдди, сядь, пожалуйста.

Сел. По тону её уловил, что там будет ещё сюрприз.