— Перестала ждать… Да разве ты поймешь!

Порывисто обняв подругу, Зифа поцеловала ее.

— Не надо, Камиля. Откажись от Хамита. Сможешь отказаться?

— Конечно, — улыбнулась Камиля и заторопилась домой.

Зифа вошла в сени, сняла сапожки, чтобы не разбудить мать. Айхылу, деревенская портниха, не запирала дверь до возвращения дочери. В полутемной избе задорно стрекотали сверчки. Недошитое белое платье лежало на машинке. Видимо, мать устала и не успела убрать работу. Нащупав на столе кружку с молоком, Зифа залпом выпила его и, стараясь не шуметь, юркнула под стеганое одеяло.

Зифу и ее мать разбудил рев толпы, ворвавшийся в избу. Накинув на плечи шали, они опрометью кинулись к двери.

В темноте трудно было разобрать, что делалось на улице. Озверелая толпа глухо мычала, топала, выла. Испуганные женщины услышали стон и отчаянный крик:

— Братцы, дайте сказать слово! Не виноват я…

Зифа увидела Ясави Хакимова, бегущего к толпе. За ним спешил Кабир, громко оправдываясь:

— Прозевал! Отлучился на самую малость домой — и вот…

Ясави не слушал его. Подняв над головой «летучую мышь», он закричал:

— Что вы делаете? Прекратите, дьяволы!

Никто не обратил на него внимания. Толпа медленно колыхалась, продолжая бить, топтать, сопровождая каждый удар хриплыми выкриками. Все старались протолкаться поближе к центру страшного живого клубка.

Ясави передал фонарь Кабиру и стал прокладывать дорогу в толпе. Он отшвырнул одного, другого. Наконец оказался в середине толпы. Зифа невольно подалась вперед: его самого могут свалить под ноги, затоптать!

Почувствовав чью-то руку на плече, оглянулась.

— Он остановит их, — шептала Камиля, полуодетая, с непокрытой головой, дрожа не то от холода, не то от страха. — Только Ясави может это сделать.

Вдруг из середины клубка взметнулась рука с наганом. Гулко и раскатисто прокатился выстрел. Толпа разом отпрянула от Ясави, и все услышали его голос:

— Кабир, ко мне!

Между ними выросла фигура торговца кожей, человека с темным прошлым, о ком ходило немало недобрых слухов.

— Погоди, Ясави, командовать, — прохрипел он. — Тут тебе не правление колхоза… Ты что, против народа идешь?

— Не допустим!

— Не позволим! — подхватила толпа.

Кабир стоял, высоко подняв над головой «летучую мышь». При неверном свете фонаря Зифа со страхом смотрела на лица своих односельчан.

— Уйди, Ясави, не доводи до греха! — хрипел торговец кожей. — Я этого шайтана сам поймал. Он обливал мой дом керосином.

— Собаке собачья смерть! — закричал кузнец Галлям из-за спины торговца.

Толпа снова сомкнулась. Зифа уже не видела председателя колхоза. Ясави окружили люди, ослепленные яростью. В прежнее время они не раз устраивали страшные самосуды над конокрадами… От них можно всего ожидать.

Быстрым движением торговец кожей поднял что-то с земли.

— Камень! — вскрикнула Камиля, вцепившись в руку подруги.

Толпа затихла. Камиля отвернулась, Зифа вскрикнула.

Ясави успел выхватить наган и снова выстрелил в воздух. Торговец медленно опустил руку и выронил камень.

Все напряженно следили за тем, как Ясави осторожно поворачивал избитого человека лицом кверху. Зифа не видела его, но заметила, как попятились люди, устрашившись того, что они сделали.

Ясави, выпрямившись, скомандовал:

— Хайдар, запрягай коней. Надо везти его в больницу. Всем остальным не расходиться! Натворили, будете отвечать по всей строгости закона… А ты куда хочешь улизнуть? — направил Ясави наган на торговца кожей.

К человеку, лежащему на земле, с трудом возвращалось сознание. Люди расступились, и при свете фонаря Зифа увидела, как он открыл глаза и неожиданно внятно сказал, взглянув на торговца кожей:

— Он! С ним был еще короткий, толстый. Стащили меня с воза… Я ехал на элеватор, колхоз послал за семенами… Да вот не доехал…

Торговец плюнул.

— Он сошел с ума, черт знает что болтает!

— Врешь! — вцепился в него Шаймурат, однако торговец без усилий отбросил старика.

— Взять! — скомандовал Ясави.

Когда избитого подняли на носилки, его блуждающий взгляд, на мгновение задержался на Хамите. Зифа заметила, как Хамит спрятался за спину Шаймурата. Это не ускользнуло и от Ясави, он отстранил старика.