Шрифт:
Тот коварно усмехнулся, но гитару взял.
О, прекрасная, мне твои глаза, Словно бы огонь, словно бы дыханье! Хочешь я отдам тебе небеса И любое я исполню желанье!— Так, притормозим! — возмутилась Кэрин, выдирая у него гитару, и сунула ее… мне.
— Ну давай, — поддержал меня Лас.
Нет, я умею играть, просто давно гитару в руки не брал. Да и что петь? А и… сирены с ним, сочиню по ходу дела! И ударил по струнам…
…Огнем неугасшей свечи Мы эту тьму разгоняем! Мрак всюду — кричи не кричи, Мы на себя уповаем! И на раскаленном краю Лезвия острого станем! За углом тени теснятся стаей, По следам нашим тают! Тонет в тишине грозной хищника рык, И страх пробирает дрожью! Враг не покажет тебе свой лик, Даст отравиться ложью! Огнем непогасшей свечи Мы эту тьму разгоняем… Мрак всюду — кричи не кричи, Выше вздымается пламя! И на раскаленном краю Лезвия острого станем… За углом тени теснятся — стаей, Но все равно отступают!..Где-то далеко-далеко…
Фиолетовые губы искривляются в тонкой усмешке.
— Все, как вы и планировали, Мастер.
— Хорошо… Можешь идти, твой долг отдан.
Дроу склоняется в насмешливом поклоне, направляется к выходу…
— Постой… все, как планировалось, да не совсем… Ниархарра недоуменно вздергивает бровь.
— Как ты выжила?
Она чуть прикрыла блеснувшие алым глаза.
— Он меня отпустил… — И ушла, аккуратно прикрыв дверь.
— Во чудак-человек, а? — озадаченно произнес Мастер, обращаясь к собеседнику.
— Это он чудак? На себя посмотрите! — в отчаянии воскликнул тот, совсем запутавшись.
…После того как я спел, гитару у меня отобрали и почему-то наказали мне больше не наливать. Что-то я не понял: почему? Сейчас гитара находилась у Ласа, и тот наигрывал какой-то романс, посвященный Эно. Та млела и не забывала грызть мясо, нагло таская его прямо из-под носа вернувшихся к карточной игре однокурсников. Хэйтэн, кстати, уже выбыл и, как и я, наблюдал за игрой.
Все мы уже давно явно не соображали, что делали, но мне было все безразлично.
— Слушай, Мир… — внезапно совершенно трезвым голосом начал Хэйтэн. Я насторожился, пытаясь прогнать хмель из головы, не получилось. — А почему ты… — Тут он споткнулся. — Почему ты не принял предложение Зарга? — наконец выговорил он.
Я хмыкнул:
— Ну ты придумал! Сам сравни: какой-то заныкавшийся в подземелье маг со своими запрещенными заклинаниями, за голову которого назначена жуткой величины награда, или целая разрешенная, полная мощнейших заклинаний библиотека?! Кстати, как насчет нее?
— Доступ разрешен! — заулыбался Хэйтэн. — Отец обещал. Можешь прямо завтра туда завалиться. Так что свое обещание я выполнил.
— Я тоже, — напомнил я.
И тут Хэйтэна опять как-то переклинило.
— Слу-у-ушай, а мы про дроу забыли… Ты что, убил ее?
— Нет. Я ее отпустил.
— Кха! Кх… кха! — Воздушник подавился косточкой, вытаращив фиолетовые глаза, но наконец откашлялся. — Ты дурак? Зачем?
Я пожал плечами. Но тут партия закончилась полным проигрышем Нороя, и Хэйтэн отвлекся на новую игру. Я поудобнее растянулся на краешке стола, любуясь звездным небом и вдыхая свежий воздух. Нет, правильно Лас сказал, без крыши этот трактир куда уютнее…
А что касается дроу… Кто бы мне самому сказал: почему? А, ладно, станем считать, будто я совершенно внезапно вспомнил, что эта раса — вымирающая…