— Посмотри-ка на карту. Кажется, от Млавы проселочными дорогами можно проехать прямо к Мальборку. По дороге будут деревни. Посмотри, надо знать, что высматривать на дорожных указателях.

Мамуля изучила карту и вскоре произнесла:

— Прабуты.

— Прабуты под Млавой?!

— Нет, под Мальборком.

— А мне ведь надо знать, на что нацелиться сейчас, еще у Млавы!

— Как на что? Нацелься сразу на Гданьск.

Не хотелось останавливать машину, чтобы заняться самой изучением карты. Пришлось нажать на мамулю и вскоре удалось выдавить из нее информацию, что ехать надо через Журомин и Дзялдово. Потом дороги разойдутся, на Журомин пойдет влево, на Дзялдово вправо.

— А мне казалось — через Дзялдово едут на поезде, а не на машине, — вставила свое замечание тетя Ядя, но ее перебила Тереса:

— Я вырвала из блокнота нужную страничку, а она куда-то подевалась... Люцина, ты села на нее! Нет, не села, еще хуже! Убери свои копыта, перестань топтать несчастную бумажку, на ней и без того трудно разобрать написанное!

Из всех пассажирок только у одной мамули были под рукой очки, поэтому истоптанную страничку вручили ей.

— Двенадцать тридцать семь, — бодро прочитала мамуля. — До девятнадцати у блошки...

И оборвала фразу, поняв — тут что-то не так.

— Посмотри, что на обратной стороне, — посоветовала Люцина. — Тут какой-то шифр.

Мамуля послушно перевернула листок бумаги и прочла:

— Страх хреновый...

— Ну вот, опять! — возмутилась Тереса. — Теперь ты, в твои-то годы, выражаешься! Смотрю, без меня вы тут совсем распустились.

Пришлось отвести глаза от дороги и самой взглянуть на запись.

— Страховицкий из Хшановой, по его звонку заказан нам ночлег. Это половина записи. Посмотри на той стороне.

— Там только девятнадцать блошки? — спросила Люцина, так как мамуля не торопилась с ответом.

— Надо говорить «девятнадцать блошек», а не «девятнадцать блошки», — поучительно заметила Тереса. — Неужели я должна учить вас правильно говорить по-польски? Блошки может быть максимум три.

— Четыре, — поправила ее тетя Ядя. Опыт работы главбухом помог ей моментально вычислить эту возможность. — Может быть «четыре блошки».

— МОГУТ быть четыре блошки, — в свою очередь поправила ее Люцина.

— Могут, — согласилась покладистая тетя Ядя. — Могут. Теперь мы уже знаем все? Можно ехать спокойно?

— Нет, — возразила я. — Мамуля не все прочитала, там еще много чего написано.

— Откуда вы вообще взяли блошек? — удивилась мамуля, вглядываясь в каракули отца. — Да, тут и в самом деле еще что-то написано. Только никак не разобрать. Сви... Све...

— Свебодзице! — нетерпеливо подсказала я.

— Правильно, Свебодзице. Нет, никак не разберу. Тут отдельные буквы, обрывки слов. Неужели твой отец не мог записать нормально?

— Информацию ему передали по телефону, он при мне ее записывал, писать пришлось на чем-то мягком, вот и вышли каракули. Ничего, ты попытайся расшифровать обрывки его записей, я догадаюсь, он при мне повторял вслух то, что говорили по телефону.

— Попробую. Уль партизан... шестнадцать... проход... рожа... березова два... право... кр... армия... ключ.

— Где? — выкрикнула Люцина, с горящими глазами слушавшая всю эту белиберду.

— Что «где»? — удивилась мамуля.

— Где ключ к этому шифру? Мамуля явно была сбита с толку.

— А я откуда знаю?

— Но там же написано — «ключ»!

— Никакой это не шифр! — утихомирила я своих пассажирок. — Все просто и понятно.

— Ты шутишь? Что тебе понятно?

— Ночевка нам обеспечена в Свебодзицах с двенадцатого на тринадцатое июля, до девятнадцати мы должны забрать ключ от комнаты для приезжих у сторожа шоколадной фабрики но адресу: улица Партизан шестнадцать. А комната для приезжих находится на улице Березовой, от улицы Красной Армии вправо. Понятия не имею, где это, в Свебодзицах я была раз в жизни проездом. В проходной у сторожа будет ждать нас человек с ключом по фамилии... как его... прочитай еще раз!

— Нет тут никакого человека, — ответила мамуля, внимательно еще раз изучив записи отца.

— А что есть?

— Ну та самая блошка.

— Случайно не с большой буквы?

— Вроде с большой.

— Значит, это пан или пани Блошка, вот у кого будет наш ключ! И давайте постараемся запомнить фамилию, чтобы не перепутать. А то начнем спрашивать пана Таракана и обидим человека. Запомнили? А ты, мамуля, попытайся найти Свебодзице, надо рассчитать так, чтобы быть там в половине двенадцатого. А от Свебодзиц до Чешина уже недалеко.