Элюня поставила кастрюлю на огонь, высыпала в кипящую воду макароны, дождалась, чтобы вода опять закипела и, прикрутив газ, неплотно закрыла кастрюлю крышкой. Вроде бы сделала все, как надо. И спокойно отправилась в ванную.

В чердачной квартире Павлика кухни как таковой не было, для нее просто выделили небольшой закуток общего помещения. И в силу необходимости все кухонные причиндалы пришлось размещать на очень небольшой площади, ограниченной чем-то вроде стеллажа. На одной из его полок стояла упомянутая двухконфорочная газовая плитка, под ней на полку ставились кастрюли с готовой продукцией, а на нижней полке с удобствами располагались сковородки. В данный момент на полке под плиткой стояла кастрюля со знаменитыми зразами в сметане. Как раз под ней, на большой сковороде, красовалась горка блинчиков. Только подогреть – и готовы к употреблению. Взбитые сливки томились в холодильнике.

Перед уходом в ванную Элюня попробовала соус в зразах – как получился, может, чего недостает. Соус был просто великолепен. Одобрительно кивнув сама себе, Элюня удалилась в ванную, забыв опять накрыть крышкой кастрюлю со зразами. Увы, по молодости лет в ней еще не выработались безусловные (или условные?) рефлексы опытной хозяйки.

Получаса с избытком хватило на то, чтобы навести марафет и приодеться со вкусом. Ну просто нимфа!

Макароны тоже за это короткое время провернули неплохую работу. Разварились, переполнили кастрюлю и все еще продолжали кипеть.

При виде этого ужаса нимфа, естественно, окаменела. И как раз в данный момент Павлик, проголодавшийся и как всегда пунктуальный, гостеприимно распахнул двери своего чердака перед издателем, тоже голодным и настроившимся на вкусный домашний обед.

И оба остолбенели не хуже Элюни. Еще бы, картина им представилась потрясающая: потоки пенистой жидкости, залившие кастрюлю со зразами, та же жидкость, переполнившая сковороду с уже не похожими ни на что блинчиками, и хозяйка дома, стоявшая столбом и молча наблюдавшая за всем этим катаклизмом. А ведь у Элюни еще были шансы исправить положение, если бы при виде катастрофы она стремительно бросилась спасать обед. Немного макаронной жидкости не очень повредило бы зразам, а блинчики и вовсе можно было отставить в сторону. Нет, Элюня закаменела мгновенно и предоставила возможность макаронным водопадам сделать свое черное дело. Макарон было много, воды в них тоже, и изысканные зразы превратились в похлебку, годную разве что для заключенных, отсиживающих срок за особо тяжкие преступления. А уж сладкие блинчики с соленой макаронной добавкой и вовсе никуда не годились. Хотя свиньи их, может, и съели бы.

Павлик уже был знаком с милыми привычками жены и сразу все понял. Понял и то, что теперь придется тратиться в ресторане, а он вовсе не собирался расходовать такие чудовищные суммы. Итак, в своем воображении Павлик увидел чудовищную сумму, а в натуре увидел чудовищный беспорядок в квартире. И что-то в нем сломалось. И судьбоносное решение созрело само собой. Развод!

Вот таким образом макароны сыграли роковую роль в судьбе Элюни.

Развод не слишком огорчил Элюню, поскольку Павлик сделался к этому времени совсем невыносимым и, что самое неприятное, будучи недоволен супругой, принялся оказывать внимание другим женщинам. Впрочем, неизвестно, что было самым неприятным. Во всяком случае, она рассталась с мужем спокойно и во время процедуры в суде ни разу не застывала. Да и процедура прошла гладко: детей у супругов не было, а оба адвоката ловко воспользовались памятным событием во время церемонии бракосочетания, причем поведение Элюни каждый трактовал в выгодном для него свете. Элюня охотно подтвердила – да, замуж она вышла не подумавши и сочеталась узами брака в полном ошеломлении. Такое объяснение всех устроило. Сама же она испытывала обиду и даже раздражение на мужа, который то и дело придирался к ней, так что сами собой отпадали сожаления и прочие печали. Тем более что к этому времени успел появиться и утешитель.

Правда, появился он еще в то время, когда Элюня пребывала в браке. Им оказался Казик, а знакомы они были еще со школьных лет. Учились в одной школе, и Элюня очаровала Казика в том возрасте, когда мальчишки, как правило, не обращают внимания на девчонок. Казика сразила невиданная, прямо-таки потрясающая храбрость Элюни, проявленная во время школьной экскурсии. Экскурсия шла по полю, и на нее напал разъяренный бык. Все разбежались, попрятались где кто мог, одна Элюня осталась стоять на месте прямо перед мордой яростно фыркающей опасности и не дрогнула! Ясное дело, она просто оцепенела от страха, но ведь Казик Радванский не знал об этом и, когда со своего дерева увидел бесстрашную девочку, у него прямо дух перехватило от ее беспримерного мужества. О восхищении, которое вызвал в нем поступок Элюни, он никому не сказал, старался скрыть всеми силами, но это не очень получалось. Все знали о его чувствах к Элюне, и она сама смутно ощущала, что ее обожают и ею восхищаются. Разумеется, в ответ она тоже почувствовала симпатию к Казику, и перед окончанием школы они крепко подружились. А бугай никакого вреда Элюне не причинил, неподвижный объект не привлек его внимания, которое сразу же переключилось на заходящуюся в лае собачонку. Собачонка от бугая сбежала без труда, тут появился владелец быка и усмирил его, а Элюня покрыла себя неувядаемой славой.

Казик исчез из ее поля зрения незадолго до экзаменов на аттестат зрелости, поскольку перешел в другую школу. Восемь лет прошло, и вот они вновь встретились. Обстоятельства встречи были самые что ни на есть обычные. Элюня зашла позвонить в телефонную будку на варшавской улице, номер оказался занятым, она вышла, уступив место ожидающему своей очереди. Ожидающий взглянул на девушку, она – на него, и оба одновременно воскликнули:

– Элюня!

– Казик!

Элюня всегда казалась Казику прекрасной, но что она станет такой красавицей, он даже представить не мог. Казик же стал интересным молодым человеком, в школе он таким не был. Махнув рукой на телефон, оба отправились посидеть в кафе.

– Чем занимаешься? – поинтересовалась Элюня. – Помнится, ты вроде бы собирался стать юристом. Учился в юридическом? Закончил?

– Походил немного, отчего не поучиться? Но попутно занялся торговлей, это у меня получалось лучше, я и перешел на заочное. Диплом юриста всегда пригодится. А ты?

– Рекламой занимаюсь. Закончила Академию изящных искусств.

Казик бросил взгляд на руку Элюни.

– Ты что, замуж вышла?

– Вышла. Уже три года как замужем.

– Холера, и почему это самые лучшие девушки всегда оказываются занятыми? Неужели не могла подождать до нашей встречи? Разводиться не думаешь?

Элюня отрицательно покачала головой. Тогда она еще о разводе не думала, но вдруг почувствовала непреодолимое желание пожаловаться Казику на свою незадавшуюся супружескую жизнь, на кошмарную педантичность мужа, от которой никакого житья не стало. Так захотелось поплакаться в жилетку другу детства! Однако Элюня сдержалась, как-никак они с Павликом были мужем и женой, нечего посвящать в их интимные отношения посторонних. Элюня всегда была лояльной и честной девушкой.

– Скорее он со мной разведется, чем я с ним! – заявила она, не иначе как во внезапном проблеске ясновидения. – А ты?