Глава 1. Я – Сергей Малиновый
– Эээ, Малина, вставай, сегодня твоя очередь готовить завтрак, – пихнул меня мой приятель из строительной бригады. – Всё необходимое уже на столе.
Я неохотно почесал затылок. Мне снился приятный сон, не хотелось возвращаться из него в реальность. Но ничего другого не оставалось, плотный утренний паёк позволял неустанно трудиться до самого вечера. Я уже знал, что приготовлю омлет с тушенкой. Он у меня хорошо получался, мои напарники обожали его и всегда просили сделать порцию побольше. Ничего особенного, но почему-то никто не мог повторить его столь изысканно. У меня было неплохое чувство меры в специях, всё получалось быстро, просто и аппетитно. Я встал со своей импровизированной кровати. Она представляла собой матрас на подложке из картона. Такого вида ложе было не единственным в этой комнате, ещё девять матрасов были достаточно плотно утрамбованы по всему периметру помещения. Это была наша спальня, общая спальня для десяти мужиков. Мы жили в небольшом ангаре, который нам любезно выделили для временного обитания. В нем была ещё одна комната – кухня, там стоял холодильник, большой стол, стулья и кое-какая утварь для приготовления пищи. Такие условия жизни были характерны для гастарбайтеров в Объединённых Арабских Эмиратах, в нашем ангаре было даже лучше, чем во многих бараках, которые я видел. Самым приятным было то, что до нас в этой металлической коробке никто не жил, контейнер был совсем новым и не успел покрыться налётом предыдущих жильцов. Сегодня я готовил завтрак для своих пацанов. Нет, не думайте, что я собирался кормить всех жителей нашего ангара. Только среди нашей четверки была договорённость готовить по дежурству, остальные питались как хотели и частенько завидовали идиллии нашего быта. Мы с Антохой, Кахой и Петром нашли удобный для всех способ построения жизни в чужой стране. Мы уже несколько недель проживали в Дубае, строили шикарную высотку и искали возможности максимально экономить в дорогом городе.
– Серёга, положи побольше мяса, мне его тут дико не хватает, – с лёгким акцентом сказал Каха. – Шашлыка бы сейчас из баранины, ммммм.
– Будем есть, что имеем, – ответил я, – о шашлыках он думает, хорошо хоть тушенки из говядины перепало несколько банок.
Я поставил электрическую плитку на максимальное значение, а сам принялся разбивать яйца в миску. Когда моё месиво для омлета было готово, я перешел к банке с тушенкой. Аккуратно потянув за металлический язычок, я приоткрыл заветную емкость, но тут, совсем неожиданно, оттуда начал литься полупрозрачный жир. Он мерзко хлынул прямо мне на ногу, и заструился по волосатой икре прямо до лодыжки.
– Что за черт? – нервно выкрикнул я. – Почему тушенка из холодильника такая жидкая?
Антон выглянул из-за угла и монотонно ответил на мой вопрос.
– Вообще-то, она несколько дней стояла в коробке, я только сейчас переставил её в холодильник. На улице плюс тридцать, а они тушёнку оставляют без охлаждения. Разве так проживешь? Мы же решили жить экономно. А вы такие важные моменты упускаете.
Мой рациональный друг протянул мне кусок разорванной газеты.
– На, Малина, вытрись. И давай скорей корми нас. Жрать охота.
Как вы уже могли догадаться, Малина – было моё второе имя. Кликуха, прозвище, погоняло – как вам угодно. Ребятки сразу полюбили мою необычную фамилию Малиновый и быстро превратили её в имя. Странно, что до этого меня так никто не называл, для всех я был Сергеем или Серёжей, любимым или родным, но только не Малиной. Такое прозвище меня не обижало, хоть и звучало как-то по-женски. Оно давало мне ассоциации с моей любимой ягодой: вкусной, сочной и невероятно сладкой малиной.
Я взял обрывок газеты и начал протирать свою ногу, жир охотно впитывался в пёструю бумагу. Я решил сложить обрывки вдвое, чтобы закончить свою неприятную процедуру и вдруг почувствовал знакомый всплеск информации. Это опять случилось со мной. Мой злосчастный, ненавистный дар вновь посетил мой рассудок. Видения вернулись, хоть я совсем не ждал их, они ворвались без спроса, так же, как и в прошлый раз.
Да, после истории с Мариной я очень разочаровался в своей новой способности. Блондинка из Балашихи изрядно потрепала мне нервы. Только работа и новая страна дали мне возможность немного успокоиться. Я отходил от этого целый месяц, да и сейчас не чувствовал себя окончательно уравновешенным. И вот опять, без моего желания, информация о страдающей женщине настигла меня.
– Ну уж нет! – выкрикнул я. – Я на такое не подписывался!
– Ага не подписывался! Когда мы все дни готовили, ты не возмущался!
Ребята приняли мои возгласы на свой счёт, они отнесли их к моему нежеланию готовить завтрак. Но дело было совсем не в этом.
– Не бурчите, – отозвался я, – пять минут и будете наворачивать мой омлет и благодарить за неповторимый завтрак.
Я продолжил начатое, но теперь в моих мыслях появился новый персонаж. Её звали Любовь.
– Серёга, на этой неделе завершаем работы на шестнадцатом этаже. Дальше начальство обещало дать нам небольшой перерыв. Два-три дня, а после опять от заката до рассвета будем замешивать и строить.
– Да, я слышал, – ответил я, задумчиво попивая чай. – Надо будет придумать себе развлечение на эти выходные дни. Прогуляться по городу, сходить искупаться в конце концов.
Пётр с энтузиазмом поддержал моё предложение, среди нас он был самым умным и самым любопытным. Его постоянно тянуло на изучение чего-то нового, на анализ происходящих событий и всё в таком духе. В прошлом он был младшим научным сотрудником при каком-то государственном университете в Москве, но его жизнь сложилась так, что он перешёл работать на стройку. Тот не редкий случай, когда физический труд оплачивался значительно больше, чем умственный. Пётр часто жаловался на несправедливость оплаты труда в России для умных людей, чем вызывал недовольство среди строительной бригады. Тут никого не волновал его IQ показатель, трудолюбие и выносливость – были лучшими характеристиками для работы на стройке. Только прораб иногда брал у него советы насчет некоторых расчетов, да и то, не всегда. Пётр был настолько своеобразным, слегка улетевшим товарищем, что иногда нам казалось, что он всё это придумал и никаким научным сотрудником он никогда не был. Но чего у него было не отнять, так это чистого, немного наивного сердца. Он был самым добрым человеком, которого я только видел, и это качество притягивало к нему людей. Вот и мы с Кахой и Антоном притянулись к этому чудаку.
– Время, пора за работу, – мелодично пропел Каха и направился к выходу.
Все потихоньку начали выползать из ангара. Я замешкался, из головы не выходил обрывок газеты, который я поспешно выбросил в мусорный пакет. Там осталось изображение той женщины, которая тихим эхом кричала в моем сознании: «Помоги». Я решил достать этот обрывок и быстренько взглянуть на него ещё раз. Мои видения повторились, женщина из газеты молила о помощи. Но на этот раз все было очень смазано, нечетко, непонятно. Обрывки её жизни были перекручены как фарш, и я не понимал, где начало, а где конец. Единственное что я знал наверняка это то, что Любовь просит о помощи. Времени на размышления не было, я засунул газету в свой рюкзак и отправился на своё рабочее место.