Яга подошла вплотную к Ядвиге и, не мигая, уставилась на нее:

– Слухай сюды, ворона драная. Делай, что хошь, но девку мне верни живой и невредимой! А не то куковать тебе плесенью свой век у меня в сортире. И то - в лучшем случае!

Бал превзошел все ожидания Василисы. Едва войдя в зал, огромный и сияющий, она изумленно ахнула - как красиво и сколько народу! Да здесь, наверное, со всех окрестных деревень жители собрались! А разодетые-то! Хотя, скорее уж, раздетые. Чего греха таить, взглянуть совестно, особенно на женщин.

У одной плечи обнажены, грудь почти всю видать, у другой платьице такое коротюсенькое, что наклонись она чуток, можно будет и гланды разглядеть через… Ну, и так ясно. Наверное, денежек не хватило на приличное платье бедняжке, вот и приходится позориться в таком огрызке ткани.

Хорошо, хоть сама настояла, чтобы сестра купила ей на бал нормальное платье. Хотела длинное, в пол, но Васька сказала, что в такой только в монастырь. Сошлись на длине до колена. Премудрая повздыхала, что грех прятать такие красивые стройные ножки, но сдалась.

Вполне приличное платье получилось! Василиса любовно огладила красивую кремовую ткань. А юбка пышная, крутишься, колокольчиком надувается, заглядение! Туфельки вот только пришлось новые надеть, на каком-то высоченном каблуке. Как с таких не навернуться, неведомо.

Вчера весь день разнашивала, привыкала, все углы в сестриной квартире посшибала. Слезно упрашивала Премудрую разрешить старые добрые лапти надеть вместо этого орудия пытки – стопы ужасно болели и покрылись мозолями, каких отродясь не бывало.

Но сестра была непреклонна и на уговоры не поддалась. Сначала смеялась, потом сказала, что иначе вообще не возьмет на бал. Пришлось смириться. И теперь и не жалко вовсе! Ради такой красоты стоило потерпеть и дико неудобные туфли. Музыка какая тут нежная! И пахнет приятно очень!

– Рот закрой!
– сестра больно ткнула ее локтем в бок.
– И помни, чему я тебя учила. Так, к нам идет хозяйка дома, улыбайся.

– Добрый вечер, девушки!
– высокая дама с белоснежными волосами подошла к ним.
– Чувствуйте себя как дома.

Женщина улыбалась, но Василису не оставляло ощущение, что она им отнюдь не рада. Красивые голубые глаза, холодные, словно льдинки, не становились теплее от бесконечных улыбок и медового голоса.

– А вот это и есть та самая девушка, про которую говорил Ванюшка?
– она оценивающе посмотрела на Василису.
– Чудный макияж, дорогая! Так свежо выглядите, не дадите визитку вашего стилиста?

Не понимая ни слова, девушка вопросительно посмотрела на сестру, та поспешила вмешаться:

– Это все природное, Снежанна. Молодость.

– Какая противная, - шепнула Василиса, когда насквозь фальшивая дама ушла.

– Не ляпни кому такого, поняла? Это жена моего шефа. А вот и он с братом.

– Зачем вы скрывали от нас свою очаровательную сестру, госпожа Мудрова?
– Иван укоризненно покачал головой.

– От вас разве скроешь, господин Кононов? Сестренка, знакомься: мой начальник, директор банка, Игорь Сергеевич.

Холеный мужчина с усталым лицом рассеянно улыбнулся.

– А с его братом она уже знакома, - перебил Иван.
– Поэтому я украду ее у вас, не возражаете?
– взяв девушку под локоток, он увлек ее в глубь зала.
– Потанцуем?

– Нет!
– она в ужасе замотала головой.
– Я не умею.

Не хватало еще при таком скоплении народа опозориться! Ясно ведь, что тут вприсядку не пойдешь, не поймут. А здешние танцы, поди, такие сложные, что им учиться надобно.

– Да ладно тебе, чего там уметь!
– парень рывком притянул девушку к себе.
– Это же просто.

– Я сказала - нет!
– Василиса разозлилась и оттолкнула его от себя.
– И не смей руки распускать!

– Ты чего о себе возомнила? – он скривился, будто она сыпью крупной покрылась.
– Что за истерики, чика?

– Слушай, она же сказала, - вмешался невысокий шатен.
– Не хочет девушка танцевать.

– А ты чего лезешь?

– Не груби.

– Да пошел ты!

Василиса в ужасе переводила взгляд с одного на другого. Неровен час, передерутся, петухи бойцовые!

– А ну, прекратите!
– скомандовала она, встав между ними.
– Не дело из-за меня потасовку устраивать!