– Это все? – спросил мужчина.

Чиун кивнул. В сапоге осталось шило, может еще пригодиться. Стащил у сапожника.

– Смотри, поймаю с оружием, отрежу голову, – пообещал бородач. Осмотрел Чиуна, добавил: – В наказание за проступок пробежишь сегодня сверх нормы десять дополнительных кругов вокруг Иргилэ с халади, луком, катарами и щитом. Пойдешь в стаю Ышбара.

– Мне надо к Салуру, – сказал Чиун.

– А я есть Салур, – ответил мужчина. – Распределяю новичков по стаям. Иди куда сказано, приступай к тренировкам и не сыпь мне соль на хвост.

И закричал на зрителей:

– Чего встали? Приступайте к занятиям. Кто опоздает, заставлю таскать мешок с камнями до темноты.

Подростки разбежались. Кынык, уходя, бросил на Чиуна взгляд и провел большим пальцем по шее.

Салур тоже ушел. Остался один мальчуган, ростом с Чиуна, примерно его возраста, худенький и чумазый. Длинные нестриженые волосы, пытливый взгляд. Плечи в шрамах. Руки в ссадинах.

– Чего тебе? – спросил Чиун.

– Меня зовут Илде. Мне понравилось, как ты чуть не заломил Кыныка. Я никак не могу его побить, – ответил мальчик. – Я тоже из стаи Ышбара. Пойдем, отведу к нему.

Где-то далеко завыли каменные волки. Чиун кивнул, пожал протянутую руку.

***

На следующее утро Чиун проснулся в час кылана. Светила еще не взошли, темно. Холодно. Голодно. Все тело болит.

Накануне Ышбар отобрал одежду, оставил только набедренную повязку и обмотки. Хорошо, Чиун успел закопать шило возле кибитки.

Потом новичок весь день таскал камни, тренировался с халади и арканом. Пробежал пять, а потом и десять, назначенных Салуром, кругов вокруг стана в полном вооружении. Вечером, натянув на кулаки ленты из шкуры гаура, до первого пропущенного удара, дрался по очереди с каждым членом стаи.

Ужина не дали, да и не до того было. Чиун поплелся в кибитку, но Ышбар его прогнал. Оказывается, только взрослые даркуты могли спать в кибитках. Ученики спали снаружи, на ветру. Странно, что отец никогда не рассказывал про это. Чиун повалился возле порога и уснул.

Наутро мальчик не мог пошевелиться. Все лицо опухло от тумаков, еле открыл глаза.

Из кибитки вышел Ышбар. Потянулся, отпихнул Чиуна ногой, пошел куда-то.

– Эй, – прошептал рядом Илде. – Вставай. Скоро общий сбор. Пропустишь, тебе могут отрезать голову и бросить гиенам.

Чиун продолжал лежать.

– Тебе повезло. Сегодня стая Барака проходит Большое испытание. Поэтому для остальных стай будут просто маневры на бизонах.

Чиун поднял голову и сел. Поморщился от боли. Стонать нельзя, это позор для всего тэйпа, Чиуна сразу выгонят из стана.

– На, попробуй, – Илде сунул кусок вяленого мяса и мешочек из кожи гаура. – Это дохлая гарпия. А это соль. Смешай, будет вкусно.

Чиун насыпал щепотку соли на мясо. Съел. Голод отступил.

Где-то в стане протяжно и низко заревел бивень мамонта. Чиун встал. Побрел на звук вслед за Илде и другими учениками.

Всюду неровными рядами стояли кибитки. Земля, истоптанная сотнями ног, превратилась в грязь. Чиун вместе с остальными вышел на огромную прямоугольную площадь в центре стана. У края стоял Салур и держал руками длинный изогнутый бивень мамонта.

– Оставь соль пока у себя. Спрячь в повязку, – продолжал шептать Илде. – Собирай тушки крыс и гарпий, ешь, не брезгуй. А то сдохнешь.

– Знаю, – пробурчал Чиун. – Отец рассказывал.

– Зимой, на козшик месяце, сразу двадцать новичков оголодали и не выдержали, – рассказывал Илде. – Тогда четыре дня подряд тренировали пробежки и пешие бои. Новички легли и не вставали. Салур вымазал им лица синей краской и перерезал глотки.

Мальчики стояли кривым строем, поджимали пальцы ног и потирали озябшие руки. По четырем углам площади из земли торчали копья. Ветер полоскал стяги на их древках.

На небе показался Тэйанг.

Ышбар разговаривал с другими предводителями стай в отдалении. Из строя вышла сотня подростков четырнадцати лет. И толпой двинулись с площади. Впереди шел взрослый мужчина с длинным луком за спиной.

– Стая Барака, – прошептал Илде. – Пошли готовиться к Большому испытанию. Интересно, сколько из них останутся в живых после этого?

Чиун хотел спросить, что такое Большое испытание, но не успел. Растолкав мальчиков из стаи Ышбара, подошли Кынык и его тощий друг.

– В час алет я буду ждать тебя за скалой Кондора, варрахский замухреныш, – сказал Кынык. – Закончим наш разговор.

– Ученикам нельзя драться за пределами Иргилэ, – заметил Илде. – За это строго накажут.

– Ничего, – сказал Чиун. – Из этих тупиц выйдет отличный корм для пещерных гиен. Некого будет наказывать.

К мальчикам подошел Ышбар. Зевнул, махнул рукой: