– Сдается, что так, друг Якимко, – согласился Лука. – Об этом я уже слышал, и не раз, от умных казаков. Да и сотник наш намекал.

– Что-то мне кажется подозрительным его доброжелательное отношение к нам, простым казакам, – заметил Яким, оглянулся по сторонам и продолжил: – Я так думаю, что это неспроста.

– Что же он тогда мог задумать? – насторожился Лука.

– А чего ему задумывать? Он просто легко может нас дурить. Когда старшина не дурила нас? Таких, как Кривонос да Трясило, редко можно встретить. Мне казаки бывалые рассказывали. Остальные только о своем кармане и думают.

– И то верно. Но мы с тобой получили за последние месяцы хороший куш. С такими деньгами можно припеваючи жить и горя не знать. А взяться с умом, то и землицы можно прикупить и паном сделаться. Если с умом, повторяю, – Лука скривил губы в неопределенную гримасу.

– И ты туда же, Лука! Все о панстве думаешь!

– А почему нет? Думаешь, без богатства можно что-то путное сделать? Без богатства ни у одного казака ничего не выйдет. Главное – правильно им воспользоваться и не мордовать людей.

– И ты знаешь, как это сделать, Лука? – с интересом спросил Яким. Лука отрицательно покачал головой, помолчал, а затем сказал:

– Можно подучиться у знающих людей. Ведь не все же дураки и пропойцы.

– Вестимо, не все, но большинство, я так думаю, Лука.

– И мы, по-твоему, дураки? – с некоторой обидой спросил Лука.

– Самые настоящие, друг мой!

– Это почему же так ты решил?

– Потому, что мы и понятия не имеем, как можно устроить жизнь. Деньги у нас имеются, а что с ними делать – мы не знаем. И какого черта мы тут околачиваемся столько времени?

– Об этом и я подумывал, только ни до чего не додумался, – ответил немного грустно Лука.

– Потому что дурак, как и я. Я тоже ничего придумать не могу. Но оставаться здесь я больше не хочу. Надоело! Сколько уже наших полегло в чужой земле, и сколько еще ляжет! Не хотелось бы быть среди них.

– Не предавать же своих казаков?! Разве так можно поступать? Это просто подло и нечестно, Якимко! Лучше ты мне об этом и не напоминай!

Яким не стал продолжать столь скользкую тему, но задуматься Луку заставил. А тот лишь удивился, что и у него самого иногда возникали в голове подобные думки, хотя признаваться в этом даже себе было неудобно.

Зима прошла вполне сносно, если не считать больших холодов, обрушившихся в конце января. Сотня Боровского два раза участвовала в небольших походах и оба раза возвращалась почти без потерь.

Теперь, когда буйно цвела весна, поползли уверенные и настойчивые слухи о большом походе к французской границе.

Полковник Носович много раз выступал перед казаками, призывал сохранять спокойствие и строго выполнять условия договора. Некоторые казаки пытались требовать выплат по задолженностям, но этот вопрос полковник не пожелал обсуждать. Его поддержали почти все полковники и сотники, и казакам пришлось смириться. Это для них было привычно, и все они рассчитывали в походе во Францию добыть себе зипуна.

В конце мая конный корпус Носовича выступил к французской границе. Казаки переправились на левый берег Рейна и совершили глубокий рейд к Саберну и Нанси. В мелких стычках с французами немного познакомились с их тактикой ведения войны.

– Ничего страшного в этих французах нет, казаки! – кричал бодрым голосом сотник Боровский. – Мы уже три раза с ними сшибались, и всегда они ретировались после нашей атаки с воплями и свистом.

– Пан сотник, может, им не по нутру наш свист, ха-ха-ха!

– А визга они отродясь не слыхали! Можно придумать и чего-нибудь получше! За этим дело не станет! Мы можем, пан сотник!

Казаки были в благодушном настроении. Новые места давали пока что много продовольствия и вина. Перепадало иной раз и кое-что более ощутимое.

Однажды с воплями, свистом и гиканьем галопом ворвались в большое селение с вполне добротными домами – жители с перепугу полезли в погреба, и деревня словно вымерла. Даже собаки попрятались и лишь скулили, выглядывая из своих убежищ.

Казаки, не увидев жителей, набросились на живность, потом обнаружили селян. Мужиков заставили снести в обоз побольше вина и снеди, женщин многие казаки поволокли по сараям, и истошные визги еще долго доносились оттуда.

– Это не по мне! – равнодушно молвил Лука в ответ на рассказ Якима. – Если девку я не смог уговорить, то она мне и не нужна.

– А мне все равно! Лишь бы девка.

– Нет, Яким. Я так не могу. Сейчас мне не попалась подходящая, так я и не грущу. Обожду!

– Твое дело, Лука.