– Я не думал, что про такое тоже нужно докладывать, – янычар покраснел в районе ушей. – Рина, она…

– Всё, Люс, сняли этот вопрос. – Игорь хлопнул парня по спине, с одобрением или упрёком, это тот сам пусть гадает, и подобострастно уступил дорогу четверым иноземным дворянам, шедшим навстречу. – В ваши отношения влезать не собираюсь.

Попаданец помнил фразу из фильма про советских разведчиков, хоть его название и забыл, что любовь – это тоже оружие, а оружие ничьим не бывает. Но влезать к своим людям, образно говоря, в постель не собирался. Игорь усмехнулся, вспомнив, что перед его попаданием вошло в моду говорить так: от слова совсем. Говорить и писать. У многих новых авторов встречалось.

– Прости, я отвлекаю? – Люс заметил, что командир опять куда-то улетел своими мыслями.

– Нет, всё нормально, – улыбнулся Егоров. – Долго нам ещё топать?

– Считай, на другой конец порта. Почти к самой портальной площадке.

– Прогуляемся. Хорошо, что ветерок с моря, всё амбре сдувает, – землянин вдохнул полной грудью и понял, что с выводами поспешил, всё же немного пованивало. – Так зачем мне маруха? – Он на ходу стал смещаться к берегу ещё ближе, почти к самой кромке воды.

Оказывается, моснорец Егор начал вызывать у бандитов недоумение тем, что, являясь компаньоном Тихого Му, не пользовался этим обстоятельством для дармового доступа к ласкам контролируемых и опекаемых преступной организацией гулящих девиц. Быть у воды и не напиться – такое уголовники Гирфеля не могли себе представить.

– Я понимаю, командир, что наши девки, они тебе не совсем того…

– Того, – подтвердил землянин, погрузившись в раздумья.

Он понимал, что из всякой мелочи может вырасти большое подозрение в отношении его личности. А этого Егорову не хотелось.

– Может, кого-нибудь из наших девчонок-адепток привлечь? – предложил Люс.

– Ещё чего выдумал, – возмущённо посмотрел на своего агента попаданец, и тут ему пришла в голову идея. – Мы по-другому поступим. Знаешь овраг между складами ремсских торгашей? Ну, по дороге от порта к моему лежбищу?

Люс наморщил лоб и кивнул.

– Это где свалка? – вспомнил он.

– Здесь везде свалки. Надо нашей герцогине напомнить про её желание подвергнуть управителя улиц публичной порке. – Игорь хлопнул по попе пробегавшую мимо молоденькую рабыню, нёсшую корзину рыбы на голове, что та индианка или вьетнамка. – Да, тот самый овраг. Там промышляет троица придурков, дикие, никому не подчиняются. Завтра сходи с быками, поговори с задохликами, пристыди, сделай им предложение, от которого они не смогут отказаться. Думаю, Тихий найдёт для них работёнку. Там же, при этой троице, шлюшка с двумя детьми. Посели её в какой-нибудь комнатке доходного дома. И денег ей давай. Немного. Чтобы на жизнь хватало. Братве скажешь правду – это Егор её содержит. Остальное они сами додумают.

– Решат, что дети твои. Если их мать попробует убеждать в обратном, то только больше всех в этом уверит.

– Вот видишь, как ты быстро уловил суть, – хмыкнул попаданец. – Ну а я, может, пару раз загляну к ней в гости. Наведу ещё больше тумана. Так, мы, похоже, пришли? Где тут йенк-утисская посудина? Показывай.

Решение ограничить себя в возможности использовать порталы для перемещения, в том числе и своих войск или армии Гирфеля, далось попаданцу нелегко. И всё же Игорь понимал, что на это необходимо пойти, если он хочет опутать континент, а затем и всю планету – почему бы и нет? – сетью пространственных перемещений.

Смотря же в корень, эту сеть смело можно называть паутиной. Так будет точно отражаться суть той огромной власти, которую Игорь получит, создав для мира Орваны новую реальность и в торговле, и в экономике, и в политике, и в обычной жизни.

При этом у землянина оставался и туз в рукаве – возможность в любой момент, если речь пойдёт, что называется, о жизни и смерти, нарушить установленные им же самим правила использования порталов. Правда, Егоров подобное развитие событий сравнивал с применением ядерного арсенала государствами на Земле. Вроде бы всегда можно бахнуть, однако все рассчитывают, что до этого не дойдёт никогда.

Помимо туза, в рукаве попаданца имелся и джокер. Это для местных владетелей ограничение одноразового прохода через портал вооружённых людей количеством пятьдесят действительно означало демилитаризацию использования «магии Древних», а вот представитель другого мира знал, что воюют не числом, а умением, и часто хорошо обученный отряд спецназа может решить задачу эффективнее нескольких полков.

Своих янычар Егоров как раз и готовил больше по программе специальных подразделений, хотя и от обучения общевойсковым приёмам не отказывался.

Предстоящая операция по расправе с йенк-утисскими пиратами-работорговцами должна стать одной из проверок качества программы обучения янычар. Одно дело учебные бои, а совсем другое – реальные сражения, кровь и боль.

Здешние средневековые жители немало видят с самого детства смерти и мучения людей, а кому-то из учеников Егорова уже приходилось лишать другого человека жизни (попаданец своих парней и девчонок не из балетной школы набирал), и всё же большинству из них необходимо преодолеть Рубикон убийства врага. Это не так просто, как кажется, Игорь знал по собственному опыту. И пусть янычары заранее в более простых обстоятельствах пройдут через свой психологический барьер (что на Земле, что здесь заставлявшего людей руководствоваться принципом «не убий»), чем в серьёзном бою потратят на преодоление естественных комплексов драгоценные секунды, которые могут стоить им жизни.