– Да, спасибо. Не помешает.

– Завтра заедете в аппарат? Могу дать подтверждение?

– Конечно, – ответил я, – без проблем.

– Спасибо, – кивнул Артём.

– Тогда мы поехали? – я поднялся с неудобного кресла и потянулся. Ноги неприятно затекли.

– Охрану будете дожидаться?

– Пускай к дому прибудут, хорошо? Доберёмся как-нибудь сами.

Артём нахмурился на секунду, но потом согласно кивнул.

– Я бы не рекомендовал, но понимаю вас. Если ребёнок проснётся – будет тяжко.

Я улыбнулся в ответ.

Аэропорт снова жил обычной жизнью. Зал прилётов наполнился встречающими. Разве что охранники были непривычно хмурыми и сосредоточенными.

– Как ты? – спросил я Алину; она всё так же держала сына на руках. Я толкал перед собой пустую коляску.

– Нормально, – холодно ответила она и тут же добавила: – блин, Серёж, что это было?

– Хотел бы я знать…

– А вот я совсем бы не хотела.

– Завтра скатаюсь на службу. Протокол экспертизы должен быть уже готов. Узнаю, что и как.

– Мы договаривались, что ты с Пашкой останешься, – заметила Алина, – мы с подругами встречаемся, помнишь?

Действительно, я уже забыл об этой договорённости. Перед отлётом обещал посидеть денёк дома с сыном. Конечно, в любой другой семье встал бы вопрос о няне – но я попробовал как-то раз заикнуться о такой возможности. И нарвался на суточный «бойкот»: ровно столько Алина не разговаривала со мной.

– Извини, но придётся отменить, – ответил я.

– Из-за какого-то психа террориста?

– Ты сама видела эту тварь. Какой псих? Какой террорист? Это, во-первых, – ответил я, – а во-вторых, он направлялся к вам. Вы были целью.

– Ты серьёзно? – Алина посмотрела на меня, удивлённо подняв правую бровь.

– Поэтому я и засёк его. Почувствовал угрозу для вас.

Дальше до авто шли молча.

Парковка была полупустой, что не удивительно – время приближалось к полуночи. Я дотронулся до сенсора на ручке двери, та тихонько щелкнула и приоткрылась.

Алина осторожно, стараясь не разбудить, переложила Пашку в кресло, установленное на заднем сиденье. Аккуратно пристегнула его.

– Сам поведёшь? – спросила она, закрывая заднюю дверцу.

– Давай, – кивнул я.

Вообще-то, можно было поехать и на автопилоте. Наш, от компании Changan, был лицензирован для России ещё два года назад. Но Алина отказывалась доверять электронным помощникам. Она даже удержание в полосе отключала, когда садилась за руль.

Прежде, чем тронуться, я поставил акустическую систему на режим шумоподавления и проверил заряд батареи. Сто процентов.

– Ты где зарядиться успела? – удивился я.

– Не заметил, что ли? – улыбнулась Алина, – тут появились места с беспроводной зарядкой.

– Вот как… – ответил я, приоткрыв бардачок. «Удав» был на месте. Конечно, у меня было разрешение, и я мог даже взять оружие с собой в полёт, но для этого пришлось бы пройти специальную регистрацию, сдать его в службу безопасности, а по прилёту получить там же. Лишняя трата времени, как мне казалось.

Поколебавшись секунду, я достал оружие и положил его рядом на полочку для телефона.

Алина, увидев мои манипуляции, тревожно огляделась.

– Заметил что? – спросила она.

– Нет, – я покачал головой, – на всякий случай.

Домой мы доехали без приключений.

– Что значит «на несколько дней»?! – бушевала Алина, – с чего вдруг такая потребность?! Сам же говорил – сейчас лучше никуда не высовываться и ждать, пока ситуация проясниться.

– Я говорил про вас, – ответил я, продолжая собираться.

– Вот как?! Про нас?! Значит, мы отдельно, ты отдельно, так?

Я остановился. Подошёл к Алине. Осторожно взял её за плечи, притянул к себе, обнял и поцеловал, ощущая, как медленно расслабляются мышцы у неё на спине.

– Мне не понравился разговор сегодня утром, – сказал я, погладив её по спине, – я должен выяснить, что на самом деле происходит.

Не понравился – это ещё мягко сказано. Новое руководство Управления, похоже, решило, что после выхода на пенсию оперативники сдают мозг куда-то на хранение в недра конторы. Обсуждать результаты исследования трупа нападавшего отказались, сославшись на то, что у меня уже год как нет соответствующего допуска. Ладно хоть охрану подтвердили и оставили, пока на месяц. Иначе у меня были бы связаны руки.