Баксан, в миру Ваха Гелаев- был полным аналогом Карбоната, только с кавказским колоритом. Родившись в маленьком ингушском селе в пригороде Назрани в семье, много веков дававшей России только разбойников, Ваха, решительно пошел по стопам предков и в шестнадцать лет, на танцплощадке, пырнул ножом сына местного казачьего урядника. Парень отправился в реанимацию сжимая окровавленные кишки, а разъярённые станичники числом не менее трехсот в родовое гнездо Гелаева. Родня успела отправить Ваху на север, к дяде, в Тобольскую губернию в славный город Нижневартовск, неофициальную столицу газодобывающей промышленности. Дядя Вахи, уважаемый Хамзат, сколотивший состояние на вымогательстве денег с торговцев фруктами и овощами в этом суровом краю. Огурчики-помидорчики, да яблоки с мандаринами на севере, просто бешеные деньги стоят, да и деньги у рабочих с газовых месторождений водятся. Так что дядя Хамзат, сколотив шайку из земляков и став «мазом» неплохо нажился на торговцах-южанах, хотя вымогательство- бизнес хлопотный и опасный. Никто ж не любит, кровно заработанным делится. Тут если не полиция схватит, то конкуренты прибьют. Так что с годами, поумневший и потолстевший Хамзат стал легальным предпринимателем, владельцем нескольких трактиров, таксомоторного парка, овощных лавок и лучшей во всем городе турецкой бани, совмещенной с кальянной.

Баню эту, посещали важные люди из городской управы и местной полиции. Так что Хамзат быстро пристроил племянника работать водителем такси и жизнь Вахи бы обязательно наладилась если бы не его дурная голова и старый наган, оставленный кем то из земляков в его машине. Подвозя как то ночью земского доктора Кучеренко с молодой супругой, выкуривший перед этим самокрутку со сладкой чуйской анашой Ваха посчитал, что женщина оказывает ему знаки внимания и распалившийся абрек тут же предложил высадить доктора на перекрестке и поехать кататься дальше с молодой особой. Возмутившийся Кучеренко заорал

— Ах ты мерзавец! И начал лупить Ваху по голове от чего Ваха выпустил руль и схватил из-за пояса наган и нажал на курок. Несколько раз подряд. Через полчаса, разбитую машину с трупом доктора и его раненной женой нашли на обочине Обского проспекта.

Еще через час, дядя Хамзат стоял на полусогнутых перед начальником полиции Нижневартовска, полковником Иваном Пассеком и безропотно подставлял щеки под удары разъярённого полицмейстера. Еще бы, ведь убиенный дураком племянником доктор Кучеренко, был не только семейным врачом городского главы Нижневартовска- Станислава Дмитриевича Сухомлина, так еще и гласным городской думы. И это в газовой столице России, гласных, прямо в такси убивают, какие то абреки! Короче, после короткой и обстоятельной беседы с полицмейстером Пассеком, сильно побитый и напуганный, Хамзат Гелаев, «мамой поклялся» привести своего племянника лично в кабинет полицмейстера. Здесь вам не Санкт-Петербург и не Москва с гнилой интеллигенцией и падкими на сенсации журналистами. Здесь Север. Вывезут на вездеходе в тундру, перережут жилы на ногах и устроят зверью, настоящий банкет. И концов ведь никто не найдет. Заблудился, да помер. Бывает….Никто прикрывать не будет и бизнес твой, меж конкурентами поделят. Еще суки, и аукцион устроят кто больше за наследство Хамзата денег даст. Но и публично нельзя было Ваху, русским отдать. Все землячество взбунтуется, скажут- совсем Гелаев неверный стал, род свой предал. За такое потом и старейшины спросить могут. Да и не просто спросить. Найдется в землячестве тот, кто его место займет.

За Вахой, Хамзат оправил двух наиболее надежных своих людей. Старшего сына — Ибрагима и еще одного родственника, Хан-Пашу. С четким приказом, сделать так, что бы он умер раньше чем его легавые найдут. А с Пассеком, уж потом как ни будь договоримся. Мол хотели привести по человечески, а он с ножом набросился…Пришлось его, немного того…Но гаденыш Ваха оказался неожиданно хитрее. Когда Ибрагим и Хан-Паша зашли в нему в квартиру, он спрятался в шкафу-купе и в спину расстрелял обоих вошедших, только потом поняв, что убил земляков и собственного двоюродного брата. Так что теперь Баксану скрываться кроме как подполья, было негде. Его искали как полицейские за убийство так и земляки.

Оба этих каторжанина поначалу пытались ныть и нарушать дисциплину, но Волошин несколькими показательными и жестокими мордобоями поставил обоих отморозков в стойло. Причем Ваха дважды пытался напасть на него с ножом, за что поплатился переломом руки. И предупреждением, что следующей воспитательной акцией — будет утопление в подмосковном проруби. Горец после этого стал тихим и показательно послушным, признав над собой главенство Брюса.

В деле однако — эти парни оказались хороши. Сначала отправили на тот свет — ассистентов Куролесова, сымитировав разбойные нападения. Потом отправили в царство Аида, самого профессора, наивного и совестливого дурака, ввязавшегося по недомыслию в борьбу спецслужб и сверхдержав. Сам погиб, да еще и жену за собой уволок. Как кричала сердечная, как просила её не убивать. Красивая ведь была баба, породистая…Но, ничего не поделаешь. Могла ведь знать, чем муж то занимается…А в этом деле свидетелей оставлять нельзя. Совсем нельзя. Как товарищ Серый сказал, координатор от подполья. Потом придется все концы зачистить. Останется сам Волошин и еще Нитро. Таких зачищать — себе дороже. И Куролесов бы, не будь дураком- жил бы сейчас…Вот ведь интеллигенция вшивая! Как болтать о справедливости и благе трудящихся так сколько угодно. А как к делу ближе, так сразу «это нарушает мои принципы», «я вирусолог — а не массовый убийца». Не понимает, хоть и образованный — что путь к революции и построению нового мира идет через смерть и разрушение мира старого. Миллионы умрут, что бы миллиарды жили по новому. А по другому — никак.

На службе, Волошин посещал страны Юго-Восточной Азии, французский Индокитай, Сиам, бывал в Индонезии и британской Бирме. Как там люди живут, ужас! Тараканов жрут и летучими мышами закусывают. По сравнению с этим, русский мужик и даже туркмен какой ни будь или кайсак [10] живут зажиточно. Так что если революция где и начнется то там- в Азии. Потом уже крах колониальных держав и волна восстаний захлестнет Туркестан и Кавказ. Потом и русский мужик — за вилы возьмется. Драка будет лютая и к ней надо хорошо подготовится. И последние станут первыми….А сейчас, пора решать.

— Нитро, бери Карбоната и поднимайтесь на этаж. Идите по лестнице, лифтом не пользуйтесь. Тебя Евсеев в лицо знает, откроет сразу.

— А меня можно? Спросил Баксан. А я что, опять буду караулить?

— Нет, Баксан. Ты за руль сядешь. Караулить буду я. Твоя нерусская морда здесь, сразу внимание привлечет.

Баксан сжал губы и кивнув, уставился в окно.

Посмотрев на подчиненного и убедившись в м что он все правильно понял, Брюс возобновил инструктаж.

— Как войдете, ты Карбонат, именно ты, покажешь сумку с бутылками. Скажешь — выпьем за удачное окончание дела. Ясно? Карбонат тряхнул головой и преданно, как пес на хозяина посмотрел на Волошина.

— А ты, Нитро, сразу покажи деньги. Свертком, без всякого буржуйского бумажника. Солопов — жадный как черт, за копейку удавится, Евсеев же, любить выпить задарма. Так что у обоих — бдительность ослабнет. Но вы — держите ухо востро. Евсеев, в отличии от Солопова, в парашютной бригаде, не фельдшером служил. А в пулеметной команде. Что такое пятнадцати миллиметровый пулемет системы Холека-Дегтярёва — это почти два пуда стали. Так что лось здоровый, почти как Карбонат. Огнестрел старайтесь не применять. Сработайте тихо, под пьяную драку. Посидели, выпили, подрались и порезали друг друга. Таких убийств навалом. Особенно в этих управах…