— Привет, малышка. Как ты? Почему не отвечаешь на мои вызовы?

— Мам, ты прекрасно знаешь, почему.

Она ушла в каюту и закрыла дверь за собой. Думал, всё в прошлом, но, похоже, это не так. Что ей опять нужно? Надеюсь, просто соскучилась по дочери. Понятно теперь, почему Мила захандрила. Достал бутылку из бара, налил себе почти полный бокал и разом опустошил его. Через несколько минут из каюты вернулась Мила, бросила планшет на стол, налила себе в мой бокал и тоже его залпом опустошила.

— Что, снова поругались?

— Мы и не мирились.

— Понятно.

Она уткнулась мне в плечо, я обнял её, а она меня. Обнявшись, мы сидели вместе какое-то время, пока снова не запищал планшет на столе.

— Сама отвечай, это снова она.

— Наверняка.

Здесь мы опять оба ошиблись. В этот раз это был начальник СБ.

— Это хорошо, что вы на месте. Что по записям?

— Записи готовы. Где наши креды? — ответила ему Мила.

— Креды тоже готовы. Держи договор. Пока изучаешь его, дай мне Алекса на минутку.

— На минутку? Ты ещё ни разу не укладывался в пять минуток.

— Здесь недолго.

Она мне протянула планшет.

— Что хотел? Ответственно заявляю, что больше ничего от аграфов не покупал.

— Я не по этому вопросу.

— Тогда по какому?

— Скажи, ты видел, как она погибла?

— Кто?

— Оширка, которую ты кинул в грязь на той планете.

— Не видел. Я сразу поднял Милу на руки и понёс в капсулу. Когда я вернулся, уже никого не было. Думаю, она утонула.

— Ты уверен, что она там была одна?

— Думаю, да. Биосканер никого больше не зафиксировал.

— Откуда она тогда взялась рядом с Милой?

— Не знаю, думаю, она была вместе с остальными, но пошла в обход, чтобы проверить нас. Меня она в воронке не обнаружила и решила дожидаться около Милы, перетащив её подальше. Дальше ты помнишь.

— Биосканер не видел, как она оказалась в воронке?

— Нет. Он не зафиксировал её передвижения.

— Значит, чисто теоретически она могла быть не одна?

— Хочешь сказать, что она выжила?

— Просто проверяю все версии. Она знала про биосканер у тебя?

— Конечно, я пользовался им при нашем первом разговоре. Значит, она выжила. Очень жаль.

— Это неизвестно, но вполне возможно.

— Скажи, а записи с искина в охотничьем магазине сохранились?

— Сохранились.

— Скинь мне их тоже.

— В обмен на выход на черный рынок.

— У меня его нет.

— Значит, и записей у меня нет.

— Я подумаю.

— Думай.

— Дай Милу.

— Мила, держи планшет, — и вернул ей планшет.

— Ты даже в пять минут не уложился, — сказала она начальнику СБ.

— Мы не спешили. Ты ознакомилась с договором?

— Да.

— Готова подписать?

— Готов оплатить?

— Готов.

— Только учти, все пикантные моменты я удалила. У нас медовый месяц всё-таки.

— Это я понял, — и он посмотрел на меня.

— Тогда я подписала.

— Оплатил.

— Сейчас вышлю записи.

Он отключился от связи, а Мила скидывала ему видео. Она весь полёт ими занималась. Выложил перед ней два банковских чипа.

— Мила, как закончишь, отправлять записи, перекинь креды вначале на один чип, а с него на другой.

— Сделаю.

Она не успела с этим управиться, как снова запищал планшет на столе.

— Что-то мы сегодня чрезвычайно популярны.

— Я тебе говорила, что так будет.

— Не ворчи. Все пока тебя хотят, а не меня.

— Начальник СБ тебя хотел, а не меня.

— Тебя он тоже хотел. Ты ведь с ним договор подписывала и креды получала.

— Всё равно все тебя хотят.

— Особенно твоя мама.

— Она тоже.

— Слушай, чем я ей не понравился? Я это ещё тогда в гостинице почувствовал.

— Ты ответишь или нет?

— Это тебя, ты и отвечай.

— Давай поспорим, что тебя?

— Это будет нечестно по отношению к тебе.

— Ты знаешь, кто это?

— Знаю.

— Кто?

— Адвокат.

— Говорила, что это тебя.