ПРОЛОГ
– Мы требуем свободного прохода через портал! – стрекотал енот Руппрехт. Он размахивал лапками, будто отгонял кусачих мух. – Целые столетия нам запрещали делать это, времена меняются, пора менять правила!
Толпа зверей, примерно две сотни пушистых особей – чёрных, рыжих, бурых, палевых, полосатых, пятнистых – топталась на тропе, которая вела к проходу в мир людей. Звери устроили настоящий гвалт: они тявкали, рычали и хрипели на разные голоса.
– Глупцы нарываются на скандал, – зловеще прорычал волк по имени Конрад.
Этот полицейский был новичком, его приняли на службу в полицию города Энималвилль в прошлом году, вскоре после того, как мы закончили дело о козочках-потеряшках. Молодой волк – поджарый, гибкий и быстрый – бросался в гущу событий без оглядки и сомнений. Свой шлем он носил, сдвинув почти на глаза, что придавало ему небрежный вид.
У других полицейских Конрад вызывал такое чувство, будто он стремился превзойти самого Берни.
Размечтался. У медведя Берни, главного полицейского славного города Энималвилль, были опыт, солидная фигура и безразмерный послужной список.
– Остынь, сероухий, – отозвался полицейский пёс Милфорд, – скоро этот концерт закончится.
В облике этого тёмно-бурого пса имелась одна особенность: пасть его была светлая с боков и чёрная со стороны подбородка.
А енот продолжал:
– Братья! Когда-то нас лишили права на свободное передвижение между мирами, объяснив, что это опасно! И что там – за порталом – нас ждут различные беды! Мы не хотим нарушать закон, но мы требуем того, что должно принадлежать нам с рождения – права свободного прохода в соседний мир.
– Он мне уже надоел, – зарычал полицейский Глюк, расстёгивая верхнюю пуговицу форменного кителя. Он всегда делал так перед отчаянной схваткой. – Негодный подстрекатель! Рычать – не молчать!
– И ты остынь, Глюк, скоро все и так разойдутся по домам. Они который день приходят, пытаются взять нас измором.
У полицейских славного города Энималвилль настали трудные времена. Некоторое время назад на тропе, ведущей к порталу, собралась «весёлая» компания горожан, бунтующих против запрета выходить за пределы нашего мира. Зачем им это нужно было, расскажу в своё время.
Мысли о портале оказались заразительными, даже полицейские псы изредка бросали взгляды в его направлении.
Конрад однажды спросил:
– А где он — портал? Я знаю, чтобы он открылся, нужно подойти вплотную, но всё же — где это?
– Ты зачем спрашиваешь? – с подозрением в голосе осведомился Берни. – К чему эти вопросы?
– Да так… – пожал плечами волк и отвернулся, но всё же бросил пытливый взгляд в ту сторону, где должен быть проход.
Бунтовщики понимали, что прогулка за портал — опасное занятие, но не унимались.
А ведь все знали наизусть историю енота по имени Рыжий Полоскун, который много месяцев провёл в мире людей. Мы с Бертрамом в подробностях рассказали о его злоключениях, и не было ни одного зверя, который бы не знал о них.
В первый же день бунта медведи, охранявшие проход, забили тревогу и вызвали на подмогу полицейских во главе с Берни.
На следующий день после начала волнений толпа бунтовщиков выросла. На третий день прибавилось ещё недовольных запретом зверей, и так каждый день понемногу.
Потом звери разошлись по домам и целую неделю не давали о себе знать, затем появились снова. Каждый раз полицейских псов, росомаху и волка поднимали по тревоге, и это длилось уже несколько месяцев.
Шёл очередной день противостояния.
Никто из бунтовщиков не осмеливался приближаться к порталу, опасаясь собачьих клыков и медвежьих лап.
Когда Берни вразвалочку, пугающе дёргая массивным чёрным носом, направился к разношёрстной толпе, звери застыли на месте.
– Братья! – обратился к собравшимся главный полицейский, шевеля круглыми ушками. – Братья-звери! Вам не надоело тратить время на бесполезную возню? Вам нечем заняться? Судя по всему, так и есть. Который день мы объясняем вам, что запрет прохода через портал – необходимая мера. Вы же знаете, что мы безмятежно живём в своём мире, потому что к нам сюда не проникли ни дикие звери, ни люди. Двуногие, между прочим, несут очень большую угрозу. Если они проникнут в наш мир, то начнут захватывать нашу землю, а для этого им понадобится уничтожить всех нас, потому что мы будем только мешать им. В истории человечества такое происходило не раз, одним от этого было хорошо, а другим – очень плохо, и это ещё мягко сказано. Кстати, лично мне также запрещён проход в мир людей, и я ни разу там не был.
– Враньё! – послышался чей-то визгливый голос.
У Глюка забегали глаза, словно солнечные зайчики, он пытался понять, кто же делает выкрики из толпы. Наконец полицейский не выдержал, сорвал с головы шлем и начал потрясать им в воздухе.
– Брысь отсюда! – злобно рычал представитель семейства куньих. – Не сметь пересекать границу! Хулиганьё! Первого, кто двинется с места, я разорву в клочья! Рычать – не молчать!
Звери с опаской косились на его когтистые лапы, все знали, что росомаха – сильный и опасный зверь. Шум ненадолго стих, но потом возобновился с новой силой.