Шрифт:
В общем, на финальный бой мы отправлялись уже в хорошем настроении.
А когда мы вышли из ворот все без шлемов, а кое-кто и с развивающимися по ветру гривами, народ, приветствуя нас, аж взвился на трибунах — затопав, захлопав и заорав так, будто мы уже победили.
Но гнусавый голос распорядителя, отдающий команду к началу боя, был усилен магией и все ж перекрыл восторги тыщи глоток, так что мероприятие покатилось своим чередом.
В этот раз, как и решили, на защиту для нашего знака мы отвлекаться не стали, а сразу принялись за сложносочиненный магический снаряд. Который, как мы надеялись, разом не только завершит сразу бой, но и сделает нас победителями турнира... на радость гному, магистру и всему Ордену вместе взятому, из кого бы он там не состоял.
Джена побежала вперед, чтобы приготовиться там, метрах в ста от нас, подхватывать готовый атрибут, ускорять его и направлять в цель.
Сообразуясь с тем, что на этот раз нам нужна была не поражающая противника мощь, а усиленный удар в одной точке, снаряд было решено немного переделать под эту задачу. Так что ядром теперь выступал фаер, спрессованный нами с Крисом до размеров футбольного мяча, но содержащий, по сути, мощь двух наших, зажатых до семерки даров.
Было опасение, что такой убойный снаряд отдачей снесет близрасположенную к месту падения защиту арены, а потому внешние оболочки должны были послужить не только утяжелению удара, но и сработать сдерживающим саркофагом для заключенной в них огненной магии.
Вообще-то, когда наш атрибут из огня, камня и спрессованного льда был готов, даже я понял, что мы сотворили нечто из ряда вон, и данная штука вышла, как бы ни феноменальней по задумке, чем первая, послужившая ей прототипом.
Когда по завершению мы обернулись к полю, там наши противники только закончили сооружать защиту для своего знака. Трое из них... даже не знаю кто — как-то до обсуждения наличия стихий в той команде так дело и не дошло... уже добежали до середины поля и что-то пытались там делать, поднимая невысокие песчаные буруны. Двое же только отчалили от постамента с атрибутом, возле которого, кажется, стоял водный щит.
Это нас устраивало — и родная внешней оболочке нашего снаряда стихия, и то, что народа вблизи места падения не остается, поскольку жертв мы не хотели точно.
И вот, Джер напрягся, двумя руками едва удерживая нашего искрящегося инеем монстра, и подкинул. Мар, как представитель нейтральной ко льду стихии, поддал силы. Нам же с Крисом, с нашими «горячими» ладошками, соваться туда было нельзя.
Но и без нас парни справились, и атрибут взмыл вверх, устремившись к другому краю поля.
Тут вступила в игру Джена. Она раскрутила целый ураган, который порывистым шквалом подхватил шар и швырнул его к цели. Мощь поднятого княжной ветра была настолько велика, что девушку даже приподняло над полем, а песок под ее ногами закрутило в низкий смерч.
Стадион замер в едином «А-ах!». Противники наши тоже не смогли не отвлечься от того, что они там мастрячили на поле, а те, что отбежали от своего знака последними, и вовсе остановились и замерли, отслеживая взглядами наш снаряд. Один из этих двоих поднял руки, видно попытавшись остановить шар, но был, то ли слаб и не дотягивался, то ли просто не успел ухватить, но заметного замедления полета я не заметил.
А тот, подхваченный ураганом, несся над полем, бликуя на солнце до рези в глазах и отраженные от граней защитных пентаграмм зайчики веселым табуном скакали по трибунам! Ни единого постороннего звука не нарушало замершую тишину, повисшую над стадионом. Слух улавливал только свистящий шелест рассекающего воздух снаряда и подвывание направляющего его ветра.
Пара мгновений полета в тиши, казалось, растянулись на час.
Потом резким движением падающие на землю фигурки тех противников, что были ближе всего к знаку, затем слаженный порыв толпы на трибунах в ту сторону, и наконец, грохот, от которого после почти полной тишины заложило уши.
Тыдыщ! Тыщ-тыщ-тыщ-щ-щ!!!
Тряхнуло даже под нами.
В месте удара сначала вздыбило фонтаном песок до самых лож! Потом разметало камни в разные стороны! Ну, и вполне ожидаемо... хм, для нас, понятно... огонь напалмом рванул вверх — тут уж, чуть не до верхней галереи... дым, пар, пыль... молнии откуда-то... радуга...
Возникла догадка, что сотворили мы что-то не то...
Следом пришло понимание, что пора дергать отсюда, пока все еще в ахере...
Но постепенно дымно-пылевая завеса начала оседать, и в том конце арены стали видны вполне целые защитные зеркала. По всему выходило, что ничего страшного не произошло. Уф...
Потом проявилась встопорщенными краями яма, явно большая, хотя с нашего края поля реальный ее размер было, конечно, не определить. Противники к этому моменту лежали на земле уже все. Кто, видно, сам не полег, того ударной волной поваляло.
И только Джена, как воплощение нашей победы, стояла твердо на ногах, одна на всем поле! Нас, сгрудившихся возле собственного постамента с самого краю арены, можно было не считать.
А княжна стояла, все еще приподняв руки, и ее тонкие пальчики шевелились, дирижируя воздухом. Остаточный вихрь так и кружил песок возле ног девушки, развевая как флаг и ее волосы, с которых укрывающий их шарф сорвало еще первым мощным порывом.