Податливое тело в руках, которое я пытаюсь все сразу объять, хотя, конечно, по факту просто припечатываю к стенке. От аромата духов дурею настолько, что в выгнутую шею хочется зубами вцепиться. И груди... одна, что вывалилась из ворота ко мне в ладонь сама, и вторая, которая все пряталась и не давалась.

Еще была бесконечная юбка, которую я все-таки задрал! И трусишки-веревочки, которых... о да-а... считай, и не было!

А потом зазвучала музыка — сначала бас повел едва слышно, следом вступил баритон, затем, не дергая нервы, бит дробной дрожью подполз...

В какой-то момент гитарки вжарили, ударные взбесились совсем, а там и Сержик запел... ну так — своеобразно, чисто в манере своей. И трусишки-веревочки под рукой моей треснули, крышу нахрен снесло — сбылась мечта идиота: синька, секес, «Система» — все вместе в нужный момент!

Но когда бесподобному хрипу Сержа душка Дарон жару поддал, льнувшее ко мне тело, вдруг напряглось и взбрыкнуло. И бывший сладкий голосок, забыв ворковать, грохнул так, что показалось, будто в две глотки вопящие армяне гораздо ласковей ложатся на слух:

— Ответь на телефон! Или выключи этот кошмар!

Колено ж чуть не по яйцам пришлось... и я сразу осознал как-то, что «Рагу» на неподготовленный вкус зашло весьма острым. Жаль... вот, так всегда — мечты мои вечно обламываются на полдороге...

Но, с перепугу протрезвев, быстро водрузил штанцы на место и безропотно полез за телефоном в карман.

На экране значилось: «тетя Наташа». Вот же! Че-ерт! Я ей всегда рад, конечно, но не в такой же момент! И в непонятках не нашел ничего лучше, как просто вырубить звук.

— Спасибо. Я в душ. А ты пока разберись с проблемой.

И Юлька скрылась за дверью душевой, оставив меня одного в прихожей. А телефон, напоминая о недавнем обломе, так и продолжал беззвучно в ладони трястись, вынуждая или ответить... или смарт о стену расшибить.

Выбрал первое, но на большее меня не хватило и, признаюсь, с тетей я был безобразно грубым:

— Да, чё надо?!

— Женя, как ты разговариваешь?! Что за тон?! — воскликнула в ответ Наталья.

Ага, она еще и возмущается! В самый неподходящий момент со своим звонком встряла, обломала все, а теперь что-то еще ей не нравится!

— Евгений, ты почему один из дома ушел?! Ты где находишься? Говори! За тобой сейчас Шото приедет!

Чего?

— Женя, где ты? Не молчи!

Я прифигел... «не молчи»... да если я сейчас заговорю, так только матом!

Но как-то сдержался и, скрепя зубами, все ж не выдал всего, что хотел:

— Наташ, ты не забыла, сколько мне лет?! Нет?! Тогда до встречи! — и отключил не только вызов, но и весь телефон разом.

И шибанул-таки о стену... кулаком.

Из ванной комнаты вскоре показалась Юля:

— Ну что, дела свои уладил? Останешься или все-таки уйдешь?

При этом подняла глаза на меня томно и ротик свой бесподобный приоткрыла.

Вот что я мог ответить после такого?!

— Остаюсь! Щас, только тоже в душ по быстрому сгоняю.

Идея оказалась здравой и политая на голову вода, ту голову вполне остудила. Так что бодрячком, имея на себе лишь одно полотенце, я отправился воплощать свои томные чаянья в жизнь.

Номер, который занимала Юлька, оказался «дублем», но я лишь мимоходом скользнув взглядом по сторонам, выхватил главное — в дверях дальней комнаты обнаружилось ЛОЖЕ. А вот другой мебели в номере я даже заметить не успел...

Мне навстречу вышла Юлия.

Вместо довольно длинного платья, которое на многое только давало намек, теперь на девушке имелось лишь неглиже короткое. Да и белый прозрачный шелк ничего не срывал совершенно — ни общей нежной розовизны кожи, ни кофейного цвета сосков, ни ямки на животе ниже...

Тут я понял, что на первый ошалевший взгляд кое-что оценил неверно. Под ямкой той кружево собиралось оборкой и самое интересное прятало в тень. А как узрел такое, так смог лишь гадать, есть ли там под той оборкой хоть что-то...

— Давай выпьем.

Ах — да, в руках Видения имелись еще и бокалы, но вот они-то как раз фоном прошли.

Отказываться — не вежливо. Вымучивать из себя пай мальчика — нет сил. Так что заглотил, что выдали — лишь бы побыстрей, а то чувствовалось уже, что променадом теперь, я вряд ли отделаюсь...

Юля забрала мой бокал, поставила оба на сервировочный столик и, поглядывая на меня через плечо, повлекла в дальнюю комнату.

А приземлившись на кровать, она демонстративно потянулась всем телом, выгнулась спиной, оттопырила попку, короткие кружева вздернулись вверх... и тайна, мучавшая меня, приоткрылась, показав невзначай, что бельишка там все-таки не было!