Народ на трибунах бесновался и прославлял не нас, победителей, а эльфийку, которая, полностью довольная собой, теперь скакала, хохотала, махала руками и отсылала во все стороны воздушные поцелуи.

В воротах нас встретил лыбящийся во всю свою щекастую рожу гном и жестом, которым обычно обозначают одобрение по плечу, сунул мне кулаком в печень. Хорошо хоть под доспехом, кроме легкой вибрации, я ничего не ощутил:

— Хорро-ош! Девку прям на поле защупал! Сиськи оценил?! Во-от, чем полукровка от чистой альвины отличается, понял, да, теперь?!

Я ответить не успел, в Михины восторги встрял красавчик:

— К Зару девку, ты лучше скажи, как гном у них смог землю так основательно расколоть?! Это что за пассивный дар такой получается?!

— Не знаю, но догадываюсь... видно он не просто из рода проходчиков, а из первых кровей. Меня другое удивляет: как его из семьи-то такого мощного выпустили?

— А что он еще может? Камнями там кидаться, стену возвести?

— Не, такого не должон уметь...

К этому моменту мы успели дойти до отведенной нам комнаты, и разговор прервался сам собой. Наши валеты кинулись к нам с мокрыми тряпками и мы, стягивая шлемы, расселись по лавкам и подставили им распаренные лица.

Крис, откинувшись на стену и вытянув ноги, мечтательно произнес:

— Поесть бы чего и попить...

Гном раздал всем фляги:

— Вот вам и поесть, и попить.

Я обнадеженный хлебнул из своей... и меня чуть не вывернуло.

Густое нечто, которое проглотить не получалось, а выплюнуть, кроме как на пол, себе под ноги, было некуда, напоминало... э-э, смузи, кажется, с которым Ольга приводила себя в порядок после вторых подряд родов и пила на завтрак каждое утро.

Сельдерей, капустный лист, свежее брокколи... ах — да, там еще был ананас, он-то, зараза, меня и сбил с толку. И вот, как-то мне, заинтересовавшемуся веселенькой расцветкой субстанции, дали сего отведать...

По мне так, мачеху легкая полнота не портила, да и отец, по моему, считал так же, и уж точно давится подобной гадостью, по такому незначительному поводу, как округлившаяся попа, я бы не стал.

Но это — я, а то ж — женщина! Конь на скаку, горящая изба и, как говорится, все такое ... а уж если за ради минус двух кило, какое издевательство над собой учинить, так это вообще у них — за здорово живешь, прокатывает!

Нам не понять...

Короче, тогда на мое счастье раковина была рядом, а у Ольги порой проявлялось довольно специфическое чувство юмора, так что та история веселым приколом так для меня и осталась.

И вот теперь мне подобное говнецо предлагают испить... пожевать... хрен знает... по собственному почину, да еще и говорят, что это в первую очередь надо мне! Дескать, оно и напоит, и накормит, и сверху силой еще оделит!

— Чё замерли?! — возмутился гном, глядя на нас с Крисом, затаившихся с полными ртами. — Им дорогущего восстанавливающего средства дали, а они блевать собрались!

Дорогое, да? А можно я сам приплачу, чтоб мне его больше не подносили?

Меж тем, Мар с каменным лицом стоически хлебал. Близнецы, переморщившись конечно, но тоже периодически прикладывались к своим фляжкам. Создавалось впечатление, что они с этой гадостью уже знакомы и точно знают, что эффект от нее, их мучения оправдает.

Ну, не знаю...

Я выкинул все мысли из головы и проглотил. И рот зажал, чтоб ненароком обратно не выскочило.

Рядом в той же позе замер, прислушивающийся к себе Кристиан.

— Вот, молодцы, еще по глоточку! — подбодрил нас гном.

Внутри, что в желудке, что в магическом источнике, пошло нарастать ощущение сытости.

Мы переглянулись и сделали это еще раз.

— Все, теперь водички! — страдальческим голосом выдал Крис.

— А как ты ссать после этого собрался? — прогудел не насмешливо, а как-то даже жалостливо Мартек. — Забыл, что тебе пол доспеха разбирать придется?

— Мар, это ты забыл, — а вот голос Джера звучал весело, — мы в гномьих латах, а в них гульфик на щеколде. Так что, кому надо, может спокойно сгонять в сортир. Где он тут, кстати, Миха?

— Ага, — решил и я воспользоваться предложением, как никогда радый ширинке с защелкой... раньше-то я все больше прикалывался по этому поводу, — и водички тогда можно попить!

— Отличненько, — пропыхтел Крис, уже припадая к ковшу, поданному ему Даком.

— Сортир дальше по коридору, направо, — поджав губы, все же подсказал нам гном.

Бурчать же недовольно он продолжал, пока мы допивали, пока выгромыхивались из комнаты и видимо после уже:

— Затрахали эти цивилизованные, сыкуны хреновы, где они до этого-то успели воды-то нахлебаться, что их поджало уже?...

Туалэт, как говорится, типа сортир, оказался немаленьким помещением с двумя десятками дыр на обе стороны от входа. Вместо классических моему миру «мэ» и «жо» у двери в мужской висела натуральная, хорошо выписанная картина, с изображением рыцаря. Что там с дамской комнатой и есть ли она вообще, мы разбираться не стали. Зарулив в туалет, встали спиной друг к другу и приступили непосредственно к делу, благо в данной момент других желающих здесь не обнаружилось, и моститься в строй не пришлось.