«Тряпочка на палочке... зубная щетка, стал быть», — понял я, что нашедшийся там же второй предмет, лубяной коробок с сероватым порошком, и подтвердил.

— Тертый мел с крошевом сушеной мяты, вам же вечно магии мало!

... а вот гномьи объяснения уже были и не к чему.

Меж тем во втором мешочке обнаружились ложка и вилка.

— Ножом будете пользоваться своим, — и тут подсказал Миха.

Да я уж и в этот раз сам догадался... а вот все остальные, оставшиеся без подарков, думается, были и так готовы ко всему.

На этом инцидент был исчерпан и мы уже без задержек подались на выход.

Кортеж получился не маленьким. Кроме нас, рекрутов, и Сопровождающих, ехали, естественно, все валеты, у которых в поводу оказывалось еще и по навьюченной лошади, а так же с нами зачем-то отправлялся Арч.

Это обстоятельство ни у кого, похоже, радости не вызывало, даже у Мара с близнецами, которые посмотрев на конюха, тоже отчего-то скривились. Уж не знаю, где они успели с ним пересечься и проникнуться гадостностью его натуры, если у них совместных занятий не было. Но, похоже, этот пострел умудрился везде поспеть и донести до каждого, что человек он — говно отменное.

Но на счет нашего сопровождения в столицу герцогства имелись видно какие-то конкретные указания Магистра, потому, как не зыркали на конюха зло Миха с Дулей, но помалкивали. И мне даже стало интересно, что ж такого вытворил Арч в отношении этой парочки. Ладно, еще гном, товарищ прямолинейный и грубоватый, и сам порой нарывающийся, но подобное же отношение к себе отчасти блаженненького эльфа, еще надо было суметь заслужить! Но ведь не спросишь же... да-а.

Когда взбирались на лошадей, двор замка накрыло тенью, я задрал голову и увидел низко спустившуюся, парящую, Черную Даму. Понятно, наша мама прилетела попрощаться с сыночкой. Я снял ошейник с только что взгромоздившегося передо мной в седло кота и Руди, вернувший свой нормальный облик, взмыл вверх. Ну, а мы, наконец-то, тронулись.

Рядом со мной пристроился Крис.

— Во-от, все испортили... — протянул он недовольно.

Я было подумал, что он до сих пор сокрушается по поводу отобранного оборудования. Но — нет, как оказалось, эту неприятность перешибло нахождение в одном кортеже с нами Арча.

— Терпеть его не могу, — ... ну, не он один, как я понял, — этот человек хитер, но туп, а это самое нехорошее сочетание качеств натуры, — принялся объяснять мне Крис свое отношение к конюху.

Хотя, что тут объяснять? И так все ясно.

— Он даже не пытается осознать, насколько люди, прибывающие в замок, отличаются от местных, — меж тем принялся развивать тему парень. — Здешняя прислуга, как я понял, тоже не особо в курсе, что происходит, но они приучены принимать как данность нашу отличность от других. А этот мнит себя, чуть ли ни ровней Михи с Дулей, раз его сюда приставил сам глава местного подразделения Ордена.

— А нам то, что? — пожал я плечами на это. — Это Сопровождающим головная боль на постоянку, а мы через неделю, две уйдем из этого мира и больше, возможно, никогда сюда не вернемся.

— Вот на твоем бы месте я так не утверждал, — посмотрел на меня Крис взглядом, в котором виделся намек и на мою тупость тоже.

— Чего вдруг?

— Ты же не собираешься расставаться с Руди?

— Нет, конечно.

— Ну и вот тебе причина, зачем возвращаться сюда, в этот мир, притом не единожды. У вас же, как я понял, драконов нет вообще, да и магический фон едва теплится, а значит, чтобы давать волю его натуральной личине, тебе придется здесь бывать регулярно.

А вот об этом я и не подумал...

Хотя к Арчу это все равно не имело никакого отношения, уж его-то угомонить я всяко сумею. О чем и сказал Крису.

— Да это-то понятно, просто к слову пришлось. А так-то я о другом говорил — не нравится мне, что этот гад с нами едет. Неспроста и не к добру... — задумчиво ответил он.

Где-то я уже это слышал.

Меж тем кавалькада наша миновала мост и устремилась вниз по дороге в долину к деревне. Утро разгоралось вовсю, и солнце уже ощутимо грело, а над тренировочным лужком, который мы как раз пересекли, уже заводили кузнечики свою трель.

Громада Цитадели за спиной, на которую я обернулся, теперь, спустя месяц, ни мрачной, ни пугающей мне не казалась. Конечно, домом она тоже пока не воспринималась, но вот местом, к которому я испытывал некоторую привязанность, уже ощущалась.

По деревне двигались шагом, поскольку свиньи, собаки и дети, в отличие от взрослого населения, гнувшего спину при нашем приближении, какого-то пиетета к проезжающим господам не испытывали и убираться из-под копыт наших лошадей особо не спешили.