— Филд за седьмицу будет достаточно, Петро, — заявил он.

Смотрящий с шумом выдохнул, и повернул голову в его сторону. Но ничего не ответил, только кивнул головой, соглашаясь.

— Спасибо! — расплылась я в улыбке. Эта цена была даже ниже, чем я мечтала.

— Иди, деньги рыжим отдашь, — усмехнулся невидимый Жерен, — и не забудь пива торговцам предложить. Многие не откажутся.

Я рассмеялась. Да, пожалуй, Жерен прав. Надо купить еще пару горшков для пива и кваса. Только примерить сначала, чтоб в тележку все поместились.

Выйдя из шатра, я сразу же попала в руки рыжих братьев. Они подслушивали наш разговор, поэтому просто кивнули, когда я протянула им филд. А первый не выдержал… ну, я так думаю, что это был первый, второй же добрее.

— Ну, и везучая ты, девка, — хохотнул он, — впервые вижу, чтоб за побродяжку какую сам Жерен вступился. Не абы кто ведь, а правая рука Гирема.

Правая рука Гирема?! У меня перед глазами поплыло, и я чуть не грохнулась в обморок.

— Эй, девка, — слегка толкнул меня второй, возвращая в реальность. И захохотал, — ты что от радости сомлела?! Иди, давай. Не мешай людям работать…

Я, как сомнамбула подхватила тележку и покатила ее прочь от шатра Смотрящего. Перепуганные мысли разбежались, и голова осталась такой пустой, что ветер, казалось, продувал ее насквозь, влетая в одно ухо и вылетая в другое. Я понимала, надо бежать. Но, как же решиться снова сломать то, что с таким трудом удалось построить? Я ничего не видела перед собой и вздрогнула, услышав крик:

— Елька, — меня догонял Жерен, — ты что это удумала? Думаешь пойдет твое дело-то, а?

— Не знаю, — пожала я плечами. Мне хотелось сбежать от него как можно быстрее. Теперь, когда я знала какое место занимает Жерен в иерархии Нижнего города, я больше не могла чувствовать себя рядом с ним спокойно.

— Давай помогу, — подхватил он ручки тележки и отодвинул меня в сторону. — Ты домой?

— Да, — соврала я. Мне еще нужно было купить крынки для кваса и пива, и сами напитки. Но я надеялась, что Жерен быстрее отстанет, если будет думать, что я ухожу с ярмарки.

— Я провожу, — качнул головой Жерен. Немного помолчал, а потом спросил, — Елька, вот ты с Селесой уже месяц живешь. Скажи, а она хотя бы иногда обо мне вспоминает?

Я прыснула и расхохоталась. Не над Жереном, над собой. Напридумывала себе невесть что, а ларчик-то просто открывался. Ему же нравится Селеса, и он решил через помощь мне мосты навести.

— Прости, — вытерла я выступившие слезы, — Жерен, ты ей тоже очень нравишься. Поверь. Я же вижу, как она на тебя смотрит. А говорить, не говорит. Характер такой. Еще и корит себя за то, что чувствует, ты ведь лучший друг ее мужа. Потому и сама она никогда тебе знака не подаст. Но от твоего внимания отказываться будет.

— Почему ты так думаешь? — нахмурился он немного обиженный моим смехом.

Я пожала плечами:

— Не знаю, — улыбнулась, — женская интуиция. Если бы все было не так, она давно бы или с тобой была, или кого другого нашла. А у нее нет никого. И кроме тебя к ней, вообще, никто не подходит. Не позволяет она. Я же видела, как она в харчевне мужиков отваживает.

Жерен повеселел. Улыбнулся.

— Ну, Елька, — фыркнул, — ежели ты не врешь…

— Не вру, — мотнула головой. — Попробуй быть понастойчивее. Мы, женщины, любим, когда мужчины умеют настоять на своем. Иди прямо сейчас, пока она дома. Обними и не выпускай, когда брыкаться начнет. Вот увидишь, все получится.

За разговорами мы дошли до края ярмарки. Я вцепилась в тележку и остановила взволнованно молчавшего Жерена.

— Подожди, — улыбнулась, — мне кувшины и пиво-квас купить надо на завтра. Я на ярмарку вернусь.

Он взглянул на меня невидящим взглядом. Кивнул, выпустил тележку.

— Жерен, — окликнула я его, — а подарок даме сердца лишним не будет.

Он обернулся, кивнул, похлопал себя по груди и, слегка смущаясь, сказал:

— Да уж почитай год браслеты с собой ношу… спасибо Елька… а то бы не решился…

Он махнул рукой и торопливо зашагал дальше.

Кувшины я выбирала долго. Мне нужны были большие, объемом минимум по две обычные крынки. И при этом они должны быть довольно узкими, чтобы поместиться в тележку, где большую часть места занимали горшки для взвара. А горлышки должны быть достаточно широкими, чтобы в них легко проходил мой черпачок.

Нашла я такие в только у приезжего гончара, который торговал кувшинами и крынками прямо с телеги, недалеко от деда Вихто. Запросил он дорого, по десять гринок за каждый кувшин. Я торговалась отчаянно, но удалось скостить всего по гринке с каждого.

Там же, на телегах, я купила тюк соломы. Мне нужно было проложить кувшины и горшок, чтобы они не бились друг об друга. И наполнить тюфяк дома. Солома была этого года, но озимая. И потому считалась не самого лучшего качества. Это мне дед Вихто подсказал. Сама-то я, хоть и прожила сорок лет в деревне, с такими тонкостями оказалась незнакома.