Самолет пошел на посадку, и она отвлеклась. Машка по-прежнему или спала, или была в нередком для нее «коматозе». Дарья решила дождаться, когда все пассажиры выйдут и только потом попробовать ее разбудить, а может, и не будить вовсе, а аккуратно донести до автобуса. Глядишь, и проспит всю дорогу до дома.

…

Валентина Ивановна заметно сникла, обнаружив на пороге дочь с внучкой.

– А врачи разрешили перевозить ее? – спросила она после того, как Дарья унесла ребенка на тахту и принялась снимать с нее верхнюю одежду.

– Врачи открестились, мама, - ответила Дарья, устало стаскивая с себя пуховик, - Предложили забрать ее домой и посмотреть, что будет… Поэтому я не посчитала необходимым ставить их в известность.

– А Женя твой что говорит?

Дарья многозначительно скривилась, и Валентина Ивановна, понимающе умолкнув, принялась разглядывать внучку:

– Она спит или…?

– Напичкала ее седативными перед перелетом, - Дарья посмотрела на мать, - Не переживай, мама. Я буквально на пару дней, а потом мы вернемся в Красноярск.

– Я же говорила, что закончу с отчетами и приеду к тебе… Ты получала переводы? Деньги, может, закончились?

– Тебе не обязательно приезжать. Если ей не станет лучше, я ее оформлю обратно в стационар. Даже вдвоем мы с ней не справимся

Дарья поманила мать за собой на кухню, поставила на плитку чайник.

– Тот мальчишка так и не появился? – спросила она, - Ну, который вслед за Машкой пропал…

– Нет. Месяц полиция прочесывала все квартиры по нескольку раз. Даже ко мне приходили, с кисточками и пудрой по всей квартире лазали. Потом еле отмыла эту пудру. Никаких следов.

– Странно…

– Конечно, странно! Таких исчезновений не было со времен Чибиса. Словно из могилы, черт поганый, поднялся и за старое.

– Да я не о том… Странно, что Машка нашлась. В таком состоянии, как у нее, она точно не могла устроить побег. Получается, тот, кто ее похитил, потом оставил ее на видном месте. Зачем? В чем смысл?

Чайник тоненько засвистел, и женщины налили себе чаю.

– Не знаю, Дадуня, - Валентина Ивановна задумчиво грызла сушку, - Может, слаба Машка оказалась, повредилась головой от того, что эти нелюди с ней делали. Вот они и выбросили ее - все равно ведь ничего не расскажет.

– А после него ребята не пропадали?

– Нет, он последний.

– Странно…

– Что теперь?

– Не знаю, мама…

Дарья вздохнула и отпила из кружки. Где-то глубоко брезжили неясные догадки и предположения, но она никак не могла их собрать воедино. Не похоже, что Машку просто выбросили, как испорченную куклу. Ей упорно казалось, что ее именно вернули, а на ее место забрали другого ребенка. И все это было проделано в спешке, отсюда и неразбериха с одеждой… Но в чем причина возврата и какова конечная цель? Этого она не могла даже предположить, но все больше сомневалась, что речь идет о сексуальных экспериментах или «хоум видео».

– Я отвезу ее завтра к эвенкам, - произнесла она, глядя в окно на виднеющуюся за соседним домом новенькую школьную крышу. Валентина Ивановна засопела от негодования, но голос повышать побоялась, чтобы ненароком не разбудить внучку, - Если Алтанай не поможет, то…

– Дура ты, Дадуня! Сорок лет не за горами, а все в сказки веришь! Да они обдерут тебя, как липку, всучат шкуру дохлого кабана и скажут трижды в день в нее обряжать Машку и выгуливать на северном ветру. К врачам ее надо!

– У врачей были мы, мама… Долго были…

– И как ты ее потащишь к водопаду? На своем горбу?

– Почему же на горбу… Олега Иннокентьевича снова придется попросить…

Валентина Ивановна вдруг поджала губы, а потом ее круглое лицо расплылось в понимающей ухмылке. Дарья неуютно заерзала на табурете, глаза забегали.

– Сразу бы так и сказала, что на Олежку нашего глаз положила, - хмыкнула мать и взяла из вазочки еще сушку, - А то колдуны, эвенки… Попробуй, но губу сильно не раскатывай. У нас за него тут в свое время целое бабское побоище шло, но так никто его и не окольцевал. Сейчас, конечно, страсти поутихли… Но все же у тебя прицеп, и какой! Тут надо редкими качествами обладать, чтобы…

– Прекрати, мама, - Дарья насупилась, - Я ни о чем таком даже не думаю. Это единственный человек, который по-настоящему помогал мне. И тогда, и сейчас.

– Ладно, ладно, - Валентина Ивановна благостно отмахнулась и поднялась. Дарья не стала дальше оправдываться. В принципе, пусть думает, что хочет, главное, чтобы не препятствовала ее планам.

– Мам… ты посидишь немного с… ней? Я только до школы и обратно. Если она вдруг проснется, то… просто запрись в своей комнате.

– Так все плохо?