Наверное, с минуту дан Силлаг анализировал землю и всё, что вместе с ней попало на ладонь. После чего поднял голову взглянуть на всех тех, кто, затаив дыхание, ждал от него оглашения результата. Но, прежде чем сказать о том, маг встал, снова взглянул на горсть земли и кивнул:

— Это и правда чёрная соль.

— Не может быть… — прошептал дан Конлет и склонился над его ладонью.

Даже в свете дня было видно, как, переглянувшись, побледнели даны Ристерд и Реган. Почему? Леди Эйслин-то была спокойна, разве что, как и Алиса, зажимала нос от смрада, поднимаемого ветерком.

— Столько погибло… — прошептал дан Ристерд, глядя на дана Регана. — А оказывается, надо было всего лишь…

Чуть позже брат с сестрой узнали то, о чём почти горевали все маги: если чёрную соль рассыпать или поставить в тех же плошках вокруг, например, этого же склепа, выскакивающие из гнезда ночные твари, как минимум, будут медлительней! А то и вовсе не сумеют пройти линию защиты! И будут прекрасными застылыми мишенями для воинов-всадников!

— То есть прошлой ночью измигуны не напали бы на нас? — растерянно спросила Алиса и инстинктивно взглянула на ноги. Пришла-то на своих двоих, но чего это стоило!.. Лишь твёрдая решимость и уверенность: больше движения — быстрей всё заживёт, — и заставляли не сидеть на месте!

Старшие маги переглянулись.

— Точно сказать пока никто не может, — уже задумчивей ответил дан Силлаг. — Мы собираемся уничтожить гнездо этой ночью, так что…

— А успеем запомнить «свои» точки жизненных центров у матки? — с тревогой спросил Виктор. — Они же перемещаются и окраску меняют. А вдруг?

— Я согласен с даном Виктором, — сказал дан Ристерд. — Нам нужен хотя бы один вечер или раннее утро, если учесть, что ночь для нас пропадает — это всё-таки действующее гнездо.

Остальные, вдумавшись в проблему, охотно согласились с выводами дана Ристерда. Особенно когда поняли, что эта охота на измигунов будет экспериментальной. А значит, к ней надо подойти так же осторожно, как работали с предыдущей. Как, впрочем, работали со всеми остальными. Но от этой последней теперь зависело многое. В основном — жизни воителей: и всадников, и магов, и оборотней.

Кун сдержанно улыбался, но Алисе нетрудно было представить, как он ликовал в душе. И даже подумала вот о чём: а если оборотень уже думает о том, как использовать чёрную соль, не подключая к уничтожению измигунов магов и всадников? Хотя нет. Вряд ли. Ведь в первую очередь надо убить матку…

Подошёл дан Реган и, ни слова не говоря, подхватил девушку на руки. И только освободив ноги, Алиса чуть не заплакала от его внимания: пока не прислушивалась, вроде всё нормально было. Но стоило ноги освободить, как они начали тупо ныть.

— Донесу, — кратко обнадёжил её дан Реган, улыбнувшись, когда она с беспокойством покосилась на землю.

И понёс. Когда проходили мимо Виктора, она заметила, что брат довольно задумчиво посмотрел на них обоих, а потом вздохнул. «Если ему даже что-то не понравилось, — решила Алиса, — я буду думать, что он хочет попробовать так, на руках, носить Лулу. А что? Девочке такое наверняка тоже понравится!»

Три дня ушло на пристрелку. Семь жизненно важных центров матки в склепе при лесном доме оказались тусклей, чем у предыдущей. Посовещавшись между собой, старшие маги предположили две причины тому: или эта матка уже старая и вскоре должна разродиться своей преемницей, а потом… Что будет со старой потом — никто не знал. Прецедентов не было. Или всё дело в том, что зрение магов плохо настроено на эти центры. С предыдущей-то легче было: семь точек высвечивались ночью, почти сияли, так что их было легко запомнить и отличать друг от друга. А здесь что? Отслеживали только вечером или утром.

Но отследили.

На этот раз час уничтожения назначили на вечер. Соль-то чёрную надо успеть солнцу показать. Поэтому обнесли склеп плошками с солью, не дожидаясь захода солнца, но уже в длинные вечерние тени устроились на уговоренных ранее местах.

Всадники и оборотни, затаившиеся возле магов, приготовились. Герхард, как и в прошлый раз, пустил сигнальную горящую стрелу над склепом.

Расчёт оказался верным. Маги уничтожили матку, а всадники и оборотни легко перестреляли хлынувших из склепа, яростно визжащих измигунов, которые, добежав до границы с плошками, вдруг превращались в медлительных толстых, меховых идиотиков, бесцельно и вяло бродивших рядом с чёрной солью.

Вернулись с безоговорочной победой. Целые и невредимые.

Солнце полностью село, когда от лесного дома в своё поселение отправились оборотни во главе с Куном — через лес, а по тупиковой дороге, через перекрёсток, в ближайший город отправились Герхард и два всадника. В том городе они должны были объявить о новом действенном оружии против измигунов. Об оружии, которое совсем не давно было лишь защитой от них. А уж из того города должны во все стороны королевства разлететься гонцы с радостной вестью.