Все уставились на Лао, который, опустив плечи, сидел почему-то на краешке кресла.

— Согласен! Надо голосовать! — воскликнул Калеб и вскочил с места.

Он тряхнул рыжей шевелюрой, поднял вверх руки и оглядел собратьев. Как оратор или актёр, стоящий на сцене, он улыбнулся, привлекая к себе внимание:

— Кто за то, чтобы дать Итану возможность действовать самостоятельно и предоставить в его полное распоряжение нюхачей?

Он сам опустил одну руку и обвёл зал глазами, в которых сверкали озорные огоньки. Кара уже почти полностью вобрала в себя Алоафи и, казалось, немного расслабилась, она подняла руку. Вслед за ней тоже самое сделал Дан. За ними последовал Лао, Делора, и даже Лила. Шесть, но Итан не голосует, осталось тоже шесть.

— Я за, — заявил Романи.

— Я тоже, — поддержал Милтон.

Наверное, впервые Закария и остальные остались в меньшинстве.

Теперь надо быть в сотни раз осторожнее. Шера их побери! Впрочем, не сам ли Итан завёл этот разговор?

— Что ж… Совет так решил, значит, так тому и быть. Если мы можем чем-то помочь… — проговорил Закария, вроде бы и нейтрально, но белки глаз стали серыми. Злится.

— Ты в основном контролируешь нюхачей. Дин Хаоли признает твою безоговорочную власть, — кивнул Итан. — Если бы ты взял это на себя, я был бы тебе премного благодарен.

Закария усмехнулся. Итан нюхачей не любил, не любил их методы, не признавался, но это было видно.

— Конечно, проблем нет! Скинь ему списки, Сури проконтролирует. Не так ли, дорогая?

Сури нехорошо усмехнулась, откинув назад тёмные волосы и сощурив раскосые глаза:

— Конечно! Как скажешь!

— Вот и прекрасно! — Итан встал и вышел во Вселенную.

Кабинет Закарии давил. Тёмный, мрачный, у него на вилле было куда веселее. Впрочем, особняк Зака тоже был заполнен светом и отличался довольно уютной обстановкой, хоть и чересчур помпезной. А кабинет… Нет, не прихоть, способ запугать подданных.

— И? — за спиной раздался голос Закарии.

Сигнализация, конечно, не выла, но Итан знал, что как только он здесь окажется, Зак об этом узнает.

— Кара.

— Хм… Устроил концерт?

— А ты хотел, чтобы она разнесла к Шере Оло, а то и Ламуа?

— Она живёт уже больше миллиона лет, могла бы и держать себя в руках.

— У Кары ещё не было подобных осечек, не надо об этом забывать. И потом, она уже бывала в Забвении не раз, и разрушала планеты класса А. Повторения вряд ли хочет, — парировал Итан.

— Ну хорошо. Твои доводы я услышал. Но всё же… я уверен, что среди нас есть тот… или та, кто предал Совет и Кодекс.

— Я тоже, но я не Джейд. Я действую мягче. Ты же не хочешь спугнуть виновника?

— Ты тоже, Итан.

— Понимаю, я бы и сам себе не доверял.

Итан закинул в рот последнюю мармеладку и шагнул во Вселенную, обняв пустую банку.

Банка грохнула об стол. Ник, координатор Центра Космических Полётов, подпрыгнул в кресле так, что несчастное кресло не выдержало и завалилось назад, вместе со своим владельцем.

Молодой человек потёр ушибленный затылок и сфокусировал взгляд на Первом, который навис над столом.

— Всё в порядке, Ник? — спросил Итан сочувствующим голосом.

— Да-да, шасс Итан, всё хорошо.

Координатор поднял и поставил кресло на место. Итан в простых штанах и кофте с коротким рукавом, с растрёпанными волосами, так и не отпустивший пустую банку из-под морского мармелада внимательно рассматривал его.

— Да, ты прав. Всё в порядке, — кивнул Первый и сел напротив.

На столе мерцали навигационные карты, на которых яркими точками двигались корабли аматийского флота: пассажирские, грузовые, исследовательские.

— Чем обязан, шасс? — осведомился Ник, усаживаясь обратно за стол.

— Есть дело. Конфиденциальное и срочное. Хотя, наверное, пару дней ты провозишься, но постарайся побыстрее.

— Конфиденциальное? Вы же знаете, что…

— Знаю, но за это не беспокойся. Никто не будет специально копаться в твоей голове. Подключись.

Ник кивнул и подключил свою тагу к таге Итана.

— Что это? — удивился координатор, просматривая список имён.

— Мне нужно знать, когда и куда летали эти люди в последние шесть месяцев.

— Шесть? Тут больше двухсот имён!

— Именно, а у тебя пара актов. Больше дать не могу. Что угодно делай, но через два акта у меня должна быть информация.

Ник кивнул, прикидывая, что сделает Первый, если он провалит задание. Нет, не провалит, не имеет право. «Пройди сквозь дыру, но сделай» — таков был девиз всех, кто работал с Первыми.