Нет… Нет, на этот раз мне явно не показалось. Этот парень действительно умел внушить страх перед собой.

Но на блондина его слова никак не подействовали. Войдя в комнату, он по-хозяйски осмотрел ее, и его взгляд задержался на мне.

– Привет, ты же наша новенькая? Арина Голубева, верно, олимпиадница?
– обаятельная улыбка располагала к себе.
– А я Денис!

Такому дружелюбию я и удивилась, и несказанно обрадовалась - один из мажоров отнесся ко мне по-человечески, и у меня даже на сердце сразу как-то потеплело.

Может, не так уж и трудно мне здесь придется?

– Приятно познакомиться!
– я улыбнулась ему в ответ.

Мажор уселся на кровать, вклинившись между двумя девчонками, несмотря на их громкие протесты. Я не могла не отметить его наглость, да и смелость, учитывая, что местный… не то тиран, не то король явно не хотел его здесь видеть.

Подумав о Руслане, я снова на него посмотрела… и тут неожиданно обнаружила, что и он смотрит прямо на меня.

Сердце чуть не остановилось, в душе поднялась буря. В крови закипел адреналин.

Парень словно только что впервые меня увидел. Окинув мое тело долгим пронзительным взглядом, он задержал его на лице и чуть склонил голову на бок. Один из уголков его красивых чувственных губ слегка приподнялся, придав лицу ироническое выражение.

Выдохнув воздух из легких, я через силу отвела от него взгляд.

Что это было?..

В ту секунду, как я посмотрела в его черные глаза, мое тело будто пронзил разряд электричества…

Наверное, просто переволновалась.

Сделав несколько вдохов и выдохов, я постаралась выкинуть из головы все странные тревожные мысли, и все равно, сосредоточиться на происходящем мне удалось далеко не сразу.

Собравшиеся в комнате, тем временем, продолжали разговаривать.

– До закрытия общежития два часа, - сказала шатенка, - полноценную гулянку с бухашкой устроить уже не успеем. Может, в карты? Или в «Монополию»?

– В бутылочку!
– засмеялась платиновая блондинка, строя глазки Руслану.
– С Авериным у нас как раз почти поровну парней и девушек.

– Ровно поровну. Арина, ты же вряд ли будешь играть в бутылочку?
– прищурила глаза Катя с явной издевкой.
– Наверное, еще и не целовалась ни разу в жизни?

Вообще-то мне уже случалось играть в бутылочку, в летнем лагере, куда я ездила, когда мне было неполных девять лет. Тогда-то я впервые и поцеловалась, а потом еще за одного из мальчиков «замуж вышла» понарошку. Правда, первый взрослый поцелуй у меня случился намного позже, но это уже совсем другая история.

Так или иначе, эта игра казалась мне детской и глупой. И уж точно я не собиралась целоваться ни с кем из присутствующих.

– Нет, не буду.

– Правильное решение. Все равно никто здесь не стал бы тебя целовать!

Я с силой сжала зубы от злости. Продолжает цепляться ко мне… Все равно, пусть цепляется!

– Ну, не скажи, - внезапно раздался низкий бархатистый голос Руслана.
– Она похожа на фарфоровую куклу. Хороших девушек так приятно портить!

Парень окинул меня еще одним пронзительным взглядом. Прошелся по моему телу сверху вниз. Нагло. Беззастенчиво. И то, что читалось в этот момент в его глазах…

Дыхание пропало, сердце ушло куда-то в пятки. Я почувствовала, что бледнею.

Господи!..

Говорит так, будто меня здесь нет. Будто я не могу его услышать.

Говорит… словно и меня уже считает своей бесспорной собственностью, и плевать хотел, что я сама думаю по этому поводу.

– Карма стерва, братишка. Видно, в свое время ты испортил слишком много девиц!
– произнес Денис, с каким-то особым значением глядя на татуированного.

Я не поняла, что он имел под этим в виду. Но Руслан явно понял.

– Ты что-то хочешь сказать, Аверин?

В его тоне была ненависть. Ярость. Он побледнел и, кажется, едва сдерживался от того, чтобы не вцепиться в горло своему противнику. Черные глаза полыхали как угли.

Кто угодно за секунду прокопал бы тоннель до Америки, посмотри на него Руслан таким взглядом. Но Денис даже бровью не повел.

– А я уже все сказал, - мажор ухмыльнулся.
– Оставь девочку в покое! Сам же видишь, что ей на хрен не упало твое внимание.

Он послал мне еще одну улыбку, дружелюбную и обаятельную. Мое сердце затопило горячей благодарностью. Неужели в этой дурацкой мажорной школе для избалованных детей нашелся тот, кому было не все равно, что я чувствую? Я несмело улыбнулась ему в ответ.