Я протянула руку:

– Очень приятно.

– Взаимно. – Зелёные глаза Стивена прожигали меня. Отчего я почувствовала себя неуютно. Но внимание мужчины тут же переключилось на Линду, когда она протянула ему бокал с соком.

К нам подошёл ещё один мужчина, лет сорока. Хотя его волосы были практически не тронуты сединой, однако морщины на лбу и уголках рта выдавали возраст.

– Я доктор Миллер. Генри Миллер, генетик.

– Кэтрин Уилсон, историк. – Я пожала протянутую руку генетика. Линда и Стивен о чём-то оживлённо болтали.

– Вы пишете исторический трактат о генетике с точки зрения антропологии? Я слышал ваш разговор с Линдой, – слегка улыбнулся мужчина.

Я утвердительно кивнула, стараясь выглядеть непринуждённо. Хотя внутри меня всё тряслось. Генри Миллер продолжил:

– Марк сказал, что взял историка в экспедицию. Я сначала не совсем понял зачем. Но теперь другое дело.

– Почему вас это удивило? И какое другое дело? – спросила я.

Доктор Миллер посмотрел на меня долгим и задумчивым взглядом.

– Потому что Марк… – он не успел закончить мысль – Марк Фостер обратился к присутствующим.

– Друзья, коллеги, сегодня мы с вами ещё раз обсудим цель нашей экспедиции, маршрут и все детали этого предприятия. И прошу вас познакомиться с новым членом нашей экспедиции – Кэтрин Уилсон. Историк.

– Она пишет научный трактат о генетике с точки зрения антропологии, – вставила Линда.

Все присутствующие посмотрели на меня. Но Марк тут же включил проектор, и на экране показались фотографии пустыни Калахари. Марк стал рассказывать об особенностях климата, флоры и фауны мест, где нам предстоит побывать.

– Завтра в 7:00 утра мы встречаемся в аэропорту, – продолжил Марк. – Самолёт вылетает из Оттавы в Йоханнесбург с одной пересадкой через Ньюарк. Лететь почти сутки. Затем самолётом до Апингтона. Оттуда на машине в Национальный парк Калахари Кгалагади, Намибия. Затем снова на машине в поселение интересующих нас бушменов.

На экране появились бушмены. И наконец юноша, который и был нашей целью.

– Его зовут Кхао, – проговорил Марк, указывая на изображение юноши. – Южноафриканские бушмены и народ кой являются древнейшими племенами на Земле, согласно данным самой масштабной ДНК-расшифровки, реализованной в рамках международного междисциплинарного проекта по изучению человеческих геномов. Ещё тогда я заинтересовался этим народом. Но когда узнал, что у юноши могут отрастать конечности, сделал всё возможное, чтобы отправиться на его изучение. Зафиксировано, что у Кхао отрос палец на правой руке – он потерял его на охоте. Это пока всё, что мне удалось узнать.

Ещё некоторое время шло обсуждение подробностей погоды, маршрута и прочих деталей. Марк раздал всем присутствующим рюкзаки с необходимыми для поездки вещами. Это меня удивило и позабавило.

Через час все мы разошлись. За весь вечер я не смогла обмолвиться с Марком Фостером ни единым словом. Но когда я вышла из особняка и направилась к своей машине, он догнал меня.

– Мисс Уилсон, у вас всё хорошо? – Его вопрос показался мне странным.

– Да, конечно, – я попыталась улыбнуться. – Всё хорошо, доктор Фостер.

– Может, у вас есть какие-то вопросы? – Он смотрел мне прямо в глаза.

Я задумалась.

– Пока нет, доктор Фостер. Нужно переварить информацию.

– Давайте сразу перейдём на «ты», – он улыбнулся. – У нас дружная команда. Практически все мы давно знакомы. Поэтому давай по именам.

– Хорошо, Марк, – я кивнула.

– Тогда до завтра и спокойной ночи, Кэтрин.

– Спокойной ночи, Марк. – Я села в машину и повернула ключ в замке зажигания.

Ночью я спала крепко – сказалась бессонная ночь накануне. В аэропорт все прибыли без опозданий, практически одновременно. Сам перелёт прошёл без приключений, я в основном читала о ДНК – продолжала впитывать как можно больше информации.

Прибыв в Апингтон, мы наняли несколько машин. Справа от меня сидел Генри Миллер, тот самый генетик. Мне было интересно продолжить вчерашний разговор, но я не хотела начинать его первой. Слева сидел другой генетик – молодой и непоседливый Оливер Крафт. Он успел рассказать, что ему 26 лет, он обожает генетику и древние народы.

– Кэтрин, вы знаете, что любовь к брюссельской капусте и даже выбор друзей объясняется работой генов? Как и предрасположенность к болезням? – За время полёта мы все перешли на имена, но юный Оливер продолжал называть меня на «вы», хотя я была старше его всего на 9 лет.

– Я что-то читала в этом роде, – неопределённо ответила я, чем ещё больше подогрела интерес юноши рассказывать дальше.

Но внезапно мы остановились. Было уже поздно, до национального парка Кгалагади, где мы возьмём проводника, решили продолжить путь утром. Мужчины быстро собрали довольно комфортабельные палатки и разожгли костёр. Мы достали взятые с собой пакетированные продукты.