Шрифт:
Ладно, вдруг после третьего коктейля мне и Андрюша глянется? Или закрою глаза и буду во время секса думать о решетке Летнего сада. Но галочку все же надо поставить!
Глава третья, в которой мы встречаем наконец настоящего героя
Элка болтала, Андрюша смотрел томным взором, я давилась коктейлем.
Сдуру я заказала замороженную «маргариту» — сплошное крошево льда, безумный кайф этого жаркого догорающего лета. Но уже почти осень, лет тает куда медленнее, чем в +35, и быстро такой не выпить. Чем я думала? Надо было шоты брать.
Бар этот, оригинально называющийся «Без названия», прятался в третьем по счету проходном дворе, указатели к нему не вели, вывеска вечерами не светилась — но он был одним из питерских чудес, поэтому недостатка в посетителях не испытывал.
Те, кому нужно, выходили к нему интуитивно, особым питерским чутьем.
Есть, кстати, у баров и кофеен в этом городе одно интересное свойство. Какими тайными и секретными они бы ни были, они всегда выглядят так, словно только тебя и ждут.
Ни в одном другом городе такого эффекта нет.
В снобской Москве, например, даже дешевые сетевые столовки кажутся закрытыми клубами мафии, где тебя пристрелят прямо на входе и заходить туда стремно.
Официанты смотрят сверху вниз, посетители тем более не рады видеть, и как ни пытайся перенести питерскую атмосферу, где-то на полпути между двумя столицами она дохнет.
Давясь льдом, я допила первый коктейль и с такой радостью стукнула стаканом о стол, что Элка посмотрела на меня с укором. Нечего! Уговор есть уговор.
— Кто пойдет за следующим? — С намеком спросила я. — Чур, кто-нибудь другой! Пока я в туалет ходила, меня три раза за жопу полапали. Ваша очередь.
За те полчаса, что я боролась с айсбергами и льдинами, бар заполнился не просто под завязку, а еще чуть-чуть и в зале воцарилась та самая атмосфера, за которую мы любили это место. Всем было немножко жарко, очень весело и приходилось чуть-чуть перекрикивать окружающих. Уютно, хорошо — как будто тут все друзья.
— Хорошо! — Вскочила Элка. — Я пойду, вы пока поворкуйте!
Вообще-то я планировала ворковать как раз с ней — может быть, немножко еще поторговаться.
Но — увы…
Мы остались вдвоем с Андрюшей, и неловкость, повисшая между нами, стала совершенно очевидной. Вот как люди на первом свидании в постели оказываются? По-моему, это ожидание и знание, к чему все должно прийти, замораживает все эмоции. Как будто собак на вязку привели, загнали в комнату и сидят рядом на диванчике, смотрят — ну? Давайте уже, мы уже прибыль от щенков распределили, не подведите мамочку!
Обычно это я тот человек, который разбивает неловкое молчание в любой компании. Иногда я думаю, что за этим меня на вечеринки и зовут. Но сейчас…
Эх, сейчас я тоже сдалась первой.
— Вы давно с Эллой знакомы? — Вежливо спросила я Андрюшу, краем глаза высматривая, как там у подруги дела в районе бара.
В районе бара пробка была на двадцать баллов из десяти. Спасение не придет.
— Неделю назад на спид-дейтинге пересеклись, — отчитался Андрюша.
— Спид-дейтинг — это как в американских фильмах? Три минуты на разговор и все меняются партнерами по кругу? — Уточнила я. — Очень смешной формат, современная кадриль такая.
— Кадриль? — Нахмурился Андрюша.
— Французский танец восемнадцатого века, там тоже… — начала я объяснять и тут же сдалась. — Забей. Вы понравились друг другу?
— Мы… — Андрюша посмотрел на меня задумчиво и, видимо, как и я несколько секунд назад, понял, что дело безнадежное.
Только я поставила крест на нашем интеллектуальном родстве, а он — на эротической инициативе от меня.
Потому что придвинулся поближе, наклонился через стол и накрыл мою руку своей.
Пристально глядя мне при этом в глаза.
Я помедлила на полсекунды дольше, чем стоило, борясь с собой и решая — может, все-таки ага?
Но все же выдернула пальцы.
Однако он заметил эту паузу и улыбнулся с предвкушением.
— Ты такая напряженная… — сказал он, наклоняясь еще ниже.
В принципе, в баре было шумновато. Так что, может, я и зря себя вела как девственница во время той самой кадрили.
— Зато ты… — я поискала слово. — Разболтанный!
— Ты хотела сказать — расслабленный? — Понизил он голос и практически уже перелез через стол, пытаясь догнать меня, пока я отклонялась все дальше.
— Я филолог! — Гордо сообщила я. — Что хотела сказать, то и сказала.
Андрюша прицокнул языком.
Тяжелый случай, мол.
И пересел ко мне на диванчик. Тесноватый для нас двоих.
— Знаешь… — сказал он, устраивая руку на его спинке, словно ловелас из американских комедий. — Ты совсем не в моем вкусе.
Ну приехали!
Это из пикаперских приемов, что ли? Кто-то еще ведется на эту седую древность? Даже с нами, провинциальными дурнушками, такое уже не прокатывает.