– Я подумаю, – пожал я ему руку на прощание и замотал камень в тряпицу, чтобы бережно убрать в карман.

– Только камень продавать не спеши. На аукционе цветной метеорит, а это скорее всего это он, может уйти за баснословные деньги.

– Хорошо. Последний вопрос. А где они были найдены? Вот эти загадочные языческие статуэтки.

– Точный план раскопок я тебе нарисовать на карте не могу. Сам понимаешь почему. Только если начнёшь сотрудничать с нами. Но скажу, что это было близ нашего селения. Но заниматься именно этим направлением я тебе не советую. Лучше начни с ювелирки, монет или скажем с метеоритов. Это у тебя неплохо выходит.

– Почему не советуешь?

– Я не особо суеверный человек, но все события сопровождающие раскопки статуэток имеют довольно мрачный окрас.

– Всмысле?

– Привет Игнат, – раздался посреди меня голос зашедшего мужчины с длинной бородой. – Наши в поле уже?

– Здорово Коль. Все там. Один ты отлыниваешь.

– Я и ты, да мы с тобой. Что интересует парень? Доброволец?

– Да нет. Я уже ухожу.

– Парень метеоритами интересуется. Уже уходит. Пока. Заходи, если найдёшь что интересное.

– Ага. Счастливо.

От клуба, как они себя без лишней скромности называли «чёрные копатели», я ушёл в занятных настроениях. Теперь можно было, хоть не вынимая носить камень в кармане рядом с пахом и одной проблемой было меньше. Но их фотографии статуэток откровенно меня пугали. Особенно та с изображением какого-то мифического, никому не ведомого божка, с которым как мне кажется, довелось столкнуться нос к носу. Хорошего и очевидного профита это мне пока не несло, а вот холодок пробегал по нервам от каждого воспоминания и невероятно этим бодрил.

У самого дома, я так углубился в своих мыслях, что когда зашёл внутрь и на столе внезапно зазвонил телефон, изрядно дёрнулся в лёгком испуге.

– Привет. Не пишешь мне и не звонишь весь день, а я скучаю по тебе так сильно Сеня.

– Ума лапушка, я по делам ходил. Как занятия?

– Всё успешно. Завтра едем к моей тёте в гости. Ты не против?

– Я только за.

– Ты разве не должен рисовать?

– Уже отрисовался. У меня выходные.

– Хорошо, сегодня я к тебе не приду, но ты приходи вечером сам, я нам готовлю наивкуснейших, наинежнейших паст из орехов и бобов какао.

– А ты умеешь замотивировать! Приду обязательно.

– Вот и славно, а утром съездим к тёте.

Чтобы занять себя чем-то кроме привычного рисования, я решил углубиться в сеть и поискать там информацию относительно мучившего меня кошмара на яву. Ведь если разобраться, что тревожит мой дневной и ночной покой, всё должно будет нормализоваться само собой. В конец концов, станет просто скучно и мозг сам переключится на другое. Однако перелопатив до вечера не менее тысячи статей, сотни сайтов и бесконечное количество картинок, ничего подобного найти не удалось ни в краях родного края, ни за его пределами, по всем обозримым странам земли.

Похожести были конечно, но столь незначительны и на столь отдалённых континентах, что можно было не обращать на них внимание. Моя память слишком хорошо держала ночной пугающий образ и фотографию статуэтки, чтобы я мог просто так забыть его или не учесть важные детали. В связи с работой основанной целиком на воображении, слишком хорошо натренирована моя память, чтобы я мог позволить включить воображение когда надо и дорисовать несуществующие детали, как это подчас требует, та или иная цифровая живопись.

Совершенно безрезультатные поиски завершили мой день. Я поспешил выйти из дома, сесть на скутер и доехать до Умы. Внимательно следя, чтобы это произошло до заката солнца. Какое-то внутреннее чувство подсказывало мне, чтобы впредь я опасался темноты и одиночества. Словно ночные страхи стали для меня материально-правдоподобными. Как это бывает в самом далёком детстве, когда можно не уснуть всю ночь, только от того, что ты услышал какую-нибудь жутко страшную историю, а тень от ветки машет у окна и тем самым не даёт заснуть. Заставляя осторожно смотреть по сторонам из-под одеяла и ни в коем случае не открывать окно, даже не смотря на духоту.

Свежая поездка в пять минут до Умы, освежила меня. Я совершенно расслабился в её уютной домашней обстановке. У инструкторов йоги так всегда, они просто физически не могут жить, среди скучного или сухого без эмоционального интерьера, подстраивая его под тёплое, немного праздничное настроение. Близость любимой девушки, комфортная атмосфера и нежнейший урбеч с тёплым ягодным чаем сделали своё дело и я окончательно расслабился, позабыв все печали.

Ночь прошла не совсем сладко, как мне того ожидалось. Казалось бы, мучительная бессонница прошлой ночи, должна была вымотать ум и тело. Уснуть я конечно уснул. Весьма рано и крепко. Примерно после полуночи, могу судить об этом очень субъективно, начались такие жуткие кошмары, что мне казалось, я кричу прямо в голос, не вставая с кровати. Каждый раз, когда я просыпался, рядом лежала и мирно спала Ума, совершенно игнорируя мои потуги вскочить и утереться простынёй от выступившего крупными каплями холодного пота.