«Аха, лезть в норы ужаснокроликов за пару медяков? Собрал бы свою обленившуюся, вороватую стражу и увлек личным примером», — цинично подумалось мне. — «Как плюс в городишке нет бомжей и алкоголиков, а бедняки, при некоторой отваге и наличии подручного материала, всегда могут позволить себе сочное мясо. При этом некоторое количество богатых потенциальных «полударов» тренируются на живых мобах, считается так больше шанс получить Дар. Иногда они заезжают к нам, поднимая окрестную экономику».

Здесь я впервые увидел свое, теперь родное, лицо в отражении темной воды.

Джерк Хилл был вполне себе симпатичным малым: мог вести свой влог или сниматься в кино. Его внешность, второе оружие после магии, только срабатывает на «других монстрах». Русоволосый, кареглазый, жилистый парниша с приятными кубиками на животе, парой уже нажитых шрамов, еще не заострившимся от житейских проблем подбородком и печальными глазами школьника, опоздавшего в столовку.

Я решил пройти с края луга, зацепив себе пару кролей на ужин. Марта — хозяйка таверны «Улыбка Фортуны» неплохо готовит их с грибами в горшочке.

Подходя к месту возможного обитания, я вытащил тяжелый посох Пилама: метровый тонкий металлический штырь из скарлетита и серебра, снаружи будто обернутый деревом породы биоллант — здесь все магическое оружие было из сплавов, а покрытие его биоллантом усиливало флаттерный эффект магии — и зашагал осторожнее. В принципе, таким и без каста можно смертельно приложить.

Вода хлюпала слишком громко, нервы — подорванные смертями и переносом — слегка пошаливали.

Первый ужаснокроль сидел в зарослях криптокорина и жрал то ли крысу, то ли бобра — понять на расстоянии было трудно. Видимо, инстинкт ему сказал что-то вроде: «эй, сейчас у тебя отберут ужин» и он, мгновенно подорвавшись, широким дуговым прыжком ринулся на меня.

Я встретил его «Разрядом Света», отчего кроль дернулся, перевернулся и неловко упал ушами вниз в траву. Полоска хп упала на четверть. Заклинание было первого уровня, Джерк сам дошел до восьмого и мне было интересно увидеть эффект его применения на мобе. Очень слабо, учитывая огромную разницу уровней, неплохой посох в руках и прибавленные характеристики. Но Джерк его и не затачивал кармой ни на скорость, ни на урон, а само заклинание было скорее «разогревающим дебаффом», дающим уязвимость к последующим маг-атакам и вводя жертву в состояние шока.

Затем я использовал «Разряд Тьмы» на уже вставшего соперника… ладно, назовем его жертвой эксперимента… вследствие чего, собравшийся громко заверещать, призывая сородичей, кроль поперхнулся, блеванул, прилег и тихонько умер.

«Скотина, — вознегодовал я, — мне что, отмывать твою заблеванную тушку?».

Магия — это хорошо, но ужин из нее не сваришь. Я вытащил меч убитого товарища из инвентаря и оглушительно засвистел. На шум из нор с любопытством высунулись три ушастых головы. «То, что надо», — улыбнулся я и прогулочной походкой направился к своей дичи.

Открывая двери таверны «Улыбка Фортуны», я был морально готов к расспросам, игнорированию, визгам, безразличию — пришел живой и ладно, крикам «мочи зомби!», но жаркие объятия Каи стали сюрпризам. Таверна находилась рядом со зданием Гильдии Авантюристов, наши заседали там постоянно, обеспечивая доход и некоторую охрану посетителям. Муж Марты сам был авантюристом, пока не сгинул где-то в походе и всю оставшуюся любовь хозяйка перенесла на нас.

Таверна была полна суровых мужиков и симпатичных девушек с разнообразным набором колюще-режущих предметов. Юноша в претенциозном камзоле в центре зала, толкавший речь перед компанией наемников, осекся и с некоторым страхом взирал на меня.

Стояла мертвая тишина, прерываемая бессвязными всхлипами Каи.

— А я стрелу в ВарОрка под колено и назад бегом, а там тебя дубинкой — шарах! — Ивар кричит: «хила спасай!», а там с копьем урод Арканару в спину, а я… а ты… а мы…Лисодевочка плакала, хвостик уныло повис, словно снятый с флагштока флаг.

«Система кривенькая, но вдруг», — подумалось мне, — «создать группу!», — скомандовал про себя. Повторил в нескольких вариациях и ничего.

Я погладил роскошную огненную гриву лисодевочки одной рукой, скинул мешок с кролями на пол, выразительным взглядом показывая бледной Марте на содержимое, обнял Каю и зашептал её на ушко.

— Всё хорошо, сестренка, всё будет хорошо. Верь мне, я уже придумал план.

Она рыдала у меня на груди, но во мне только было глухое раздражение. Всегда нужно утешить человека, потерявшего близких, но я-то — черт возьми! — знал их исключительно по памяти покойного. Что я могу сейчас сделать?! Актер из меня плохой, оратор для этой аудитории неизвестный, а уж психолог-то вообще так себе.

Лепеча какую-то ободряющую чушь, я осторожно отцепил Каю и передал её подошедшей Марте.

Кинул золотой кругляш девушке за стойкой, взяв тёмную бутыль с неизвестным, но качественным судя по рисованной королевской семье, содержимым и толкнул речь.