* * *

Сергей.

Она спит, а я боюсь пошевелится. Будто от этого зависит что-то очень важное. Хотя, может так и есть?

Израненная и запутавшаяся девочка, готовая с ходу в омут с головой. А я это проглядел. Рано расслабился, а Саша ведь предупреждала. Ничего, по носу я получил, информацию усвоил, теперь надо думать, что с этой информацией делать. И думать быстро и правильно, пока никто из нас ничего не натворил — она из импульсивности и желания что-то себе доказать, а я… А я просто потому, что хочу ее до дрожи. Вот именно так, да. Но еще у меня к ней безграничная нежность и обожание, которые не дадут наделать глупостей, надеюсь, потому что в омут с головой это точно не Сашин вариант. Не честно будет им воспользоваться, неправильно. Одна надежда на то, что она быстро загорается — слишком пылкая. Поэтом я подожду, пока упрямая вредина договориться сама с собой. Ну и помогу, чем смогу, куда без этого.

Саша вздохнула, удобнее устраиваясь. Я чуть крепче ее обнял и прижал к себе. Хорошая моя… все сложится, я терпеливый. Очень терпеливый.

* * *

Разбудил меня запах кофе. Что-то неправильное есть в этом, потому что обычно дома его варю я. Но я не дома.

Саша действительно была на кухне и обернулась на мои шаги.

— Доброе утро.

— Доброе. Будешь кофе?

— Буду, — ее легкомысленные шорты сбивали меня с мысли.

— Хозяйка из меня ленивая, поэтому завтрак незатейливый, извини. Сереж?

— Я тут. Пытаюсь вспомнить, когда обо мне так заботились с утра.

Саша фыркнула, но все же не удержалась:

— Неужели никто, из той вереницы романов, что тебе приписывают, не хотел о тебе заботиться утром?

— Булыжник в мой огород и прощупывание почвы? — хмыкнул я в ответ, — Половина приписанного ложь, я говорил уже.

— Сложно было удержаться, чтоб этот булыжник не кинуть, садись, — Саша кивнула на стул, — у меня времени как раз, чтоб неторопливо позавтракать.

— Я тебя отвезу, — я притянул ее за руку к себе и обнял.

— Спасибо.

— И заберу. Ко скольки?

— Я надолго. Часов в пять. Только зачем?

— Затем, что я соскучился. Затем, что мне мало одного вечера с тобой. Смирись с этим.

— Нужно? — она обняла меня за шею. Новый и такой приятный жест.

— Смиряться? Обязательно.

— Я опоздаю, Серёж.

— Что ты вообще так долго там делать собиралась? — я отпустил ее не без сожаления.

— В библиотеке сидеть. И нет, нагуглить нельзя.

— Жаль. Саша, скажи пожалуйста, а твою машину не проверяли? — спросил я. Ночью хорошо думалось не только про способы соблазнения госпожи Лишиной.

— Зачем? — не поняла она.

— За тобой ведь следят. И делают это так, что не ты, ни твои знакомые этого не видят. GPS трекер подкинуть минутное дело.

— Но вчера моя машина стояла у Андрея во дворе.

— Вот это меня и смущает.

— Хочешь сказать, как в плохом шпионском фильме —

телефон?

— Имея деньги и нужные знакомства — это не так уж и сложно. Надо Михаила спросить. Кстати, что с окном? Его ведь стеклить надо.

— Завтра мастер придет, сегодня никак. Охрана пообещала обходить участок — я ведь сегодня здесь ночевать не буду.

— Нехорошо это… любой может влезть, если захочет.

— Там сигнализация. Стекла нет, но контур замкнут, так что сработает. Все, я собираться.

* * *

Александра.

Вместо того, чтоб заниматься делом я то и дело проваливалась в воспоминания вчерашнего вечера. Сергей меня удивил. Нежностью, вниманием. Уважением, если хотите.

Об учебе надо думать, Саша, а не о том, как приятно спать с Топольским. Только вот о Сергее думать куда приятнее. Кто бы в этом сомневался, да?

Я проснулась рано, за двадцать минут до будильника. Сергей спал рядом, ничком, обняв одной рукой подушку. Почему-то меня это умилило и еще минут десять я провела за разглядыванием спящего мужчины. Наглым и жадным разглядыванием. Могу себе позволить, в конце концов

Я подняла глаза от книги. Слишком живо вместо текста мне привиделась Сережина спина, по которой мне жутко хотелось провести пальцем, вдоль позвонков, чтоб он сонно завозился и… Дальше я думать боялась. Нельзя дальше думать.

Нельзя-то нельзя, но… Что-то изменилось. Кокон, в котором я привыкла жить и который и так покрылся сеткой трещин, разваливался. Интересно, кем я из него выберусь? Окукливалась я кровавым месивом из боли, страхов, ужаса, нежелания что-то чувствовать, а сейчас… Собственная жажда любви меня озадачивает. И еще больше озадачивает готовность Топольского эту любовь мне дать.

С горем пополам, но дела я закончила. Набрала смс Сергею, сдала книги и, спустившись по широкой лестнице вниз, вышла на крыльцо родного института.