Шрифт:
Твою мать, лучше бы я Жукову сдался, а не в этот светящийся прорубь нырнул! Даже если бы он меня и пристрелил за бриллиант, это было бы, по крайней мере, быстро!
— Еще не все потеряно. Если ты будешь думать над решением проблемы, а не над самой проблемой, то обязательно что-нибудь придумаешь.
Да, так. Паника еще никому не помогла. Думать над решением, не над проблемой.
«Где ближайшее селение, знаешь?»
— Точно не скажу, но могу дать направление. Идти часа четыре… шесть, в твоем случае.
«Значит, близко. Значит, ждем»
— Уверен в своем решении? Она может прийти не одна. Или не прийти вообще.
«Без нее меня никто не станет слушать»
И, словно легка на помине, ко мне вышла Делина, одетая не в привычное мне платье горничной, а во что-то, более напоминающее походный костюм. И с таким же рюкзаком, как у меня.
— О, а мы только тебя обсуждали. В смысле, я и Оружие, не подумай.
— Ты в порядке?
— В теле появилось несколько новых отверстий, а кровь превращается в песок. Наверно, больше все-таки нет, чем да.
— Кровь в песок? — лицо девушки приобрело встревоженный вид. — Это очень плохо.
— Да я знаю. Оружие дает мне пять дней на поиск компонентов лекарства, или восемь, если оно есть в готовом виде.
— Оно настаивается месяц, если делать его вручную.
— Значит, все, отбегал свое. Вышли из-за кустика, дернули крючок, отстрелили зайчику серенький бочок.
— Что, прости? Какой крючок, какой бочок?
— Не обращай внимания, стишок из моего мира.
К горлу снова подступил комок, который я не смог сдержать.
«Все уже, все. Хватит. Сам все слышал, нет у нас месяца»
— Пока ты жив — я буду за тебя бороться.
«Да какой в этом смысл?»
— Служба, закончившаяся смертью Носителя — позор для нас.
«Ты здесь ничего не можешь сделать»
— Я — нет. Но ты — можешь. Борись до конца. Даже если ничего не получится — ты хотя бы будешь знать, что сделал все от тебя зависящее.
«В мозги мне не лезь, психолог»
— Я в них живу, вообще-то.
— Эм, Максим, ты тут? Тебе нельзя терять сознание, можешь не выбраться.
Я открыл глаза и посмотрел на Делину.
— До потери сознания восемь дней. И тебе предстоит крайне непростая работа.
Глава 6, Интерлюдии 18-20
Деревня Плюмбит абсолютно не отличалась от Земельных деревенек, разве что фасон зданий был немножко другой — легкая в меру вычурность избушек, вязь на стенах и обязательно окошки в чердаках. Печные трубы отсутствовали, что наводило мысль о том, что зимой они тут греются другим способом.
— Здесь нет зимы. Климат всегда одинаковый. Меняется только время суток.
«Подожди, здесь планеты что, не вращаются?»
— Тут немного другое мироустройство. Его сложно объяснить, просто прими как данность — в мирах Иггдрасиля такого понятия, как время года, нет.
«Как они тогда считают года?»
— Четыреста дней — один год. Почти как у тебя, только чуть-чуть больше. Одно из немногого, что одинаково во всех мирах, кстати.
— Мы пришли, — Делина, пользуясь связкой ключей, открыла дверь. Мда, если тут все замки такие, то для меня закрытых дверей в этом мире не будет вообще.
Рассветное солнце осветило жилище девушки. Простенько, но чистенько и со вкусом.
— Русской печки не хватает, — пробормотал я.
— Это что?
— Да… не важно.
— Нужно заняться твоей раной.
— Она зажила. У меня же кровь сейчас сворачивается в мелкие сгустки.
— У меня тут есть кое-какие лекарства, но…
— Пускай даст! Может, я из нескольких сделаю то, что нужно!
— Оружие считает, что это может помочь.
На стол легла массивная шкатулка, внутри которой лежали какие-то… не знаю, глиняные пробирки?