Я выждала, пока за ним захлопнется дверь и выдохнула. Внезапно меня пробил хохот. Я вгляделась в свое отражение в зеркале. Привлекательная женщина, лет тридцати с копной каштановых волос и мелкими чертами, за исключением глаз – больших и миндалевидных.

Благодаря уникальной особенности – пониженной температуре тела и в результате – медленному обмену веществ – я старела почти в полтора раза медленней сверстниц. Страшно сказать сколько мне уже стукнуло. В особенности, учитывая, что два месяца назад мы отпраздновали шестнадцатилетие дочери! Однако мой организм, если верить врачам, все еще работал как у тридцатилетней. Вот примерно так я и выглядела.

Стройную фигурку, на мой взгляд портили слишком уж округлые бедра. Мужчинам нравилось, а мне совсем нет. Но куда ж деваться! После родов к ним добавилась и большая грудь – третьего размера.

Врачи уверяли, что она «сдуется», вот только закончу кормление. Но этого так и не случилось.

Видимо, мой организм не понял, что дочке уже шестнадцать. Все думал, что она грудничок и готовился к кормлению.

Я вновь усмехнулась, глядя на свое отражение.

Вот же! Когда в последний раз я пряталась от человека противоположного пола в женском туалете?

В школе, от мальчишек! Когда хулиганы пытались приставать, или еще что… И никогда позже.

Ну я даю-ю…

Но странный Люцифер, который даже не счел нужным представиться, вызывал у меня настолько противоречивые чувства, что совершенно не хотелось нарываться на новые уговоры подвезти. Мало ли куда он меня увезет…

Я понимала, что незнакомца явно пригласил редактор или учредители. Значит, вряд ли он примется творить тут черные дела. Но довериться Люциферу все равно не могла. Что-то в нем было такое… Неправильное, что ли. То ли надломленное, то ли напряженное… Помимо того, что упиралось в меня все время танцев.

Я даже определиться не могла. С одной стороны – ну какой женщине не понравится, когда мужчина смотрит только на нее? Реагирует на нее так, словно не видел женщин уже лет пять? Танцует только с ней, не отпуская и не позволяя уйти!

Тут любая растает.

С другой – Люцифер казался таким непонятным, что хотелось бежать от него без оглядки.

Я вызвала такси и всю дорогу до дома не могла отделаться от мыслей о странном незнакомце.

То он виделся мне маньяком, то романтичной натурой, то злом во плоти, а то загадочным обаятельным субъектом. А может всего понемногу?

Ярослав

Зачем Оленев согласился прийти на корпоратив издания «Каждый день»?

Ведь знал, что старая рана не зажила, и лучше просто отказаться. Снова, как и все прошлые разы.

Но Этель Яновна почему-то настояла. Тетя Ярослава и психотерапевт по совместительству никогда не давала плохих советов. Иногда Оленеву чудилось – она ведьма и знает куда больше обычного человека.

Этель Яновна нет-нет, да и выдавала такое, о чем ну просто не могла знать. Да что знать – даже догадываться! Ярослав привык. Но все равно каждый раз думал – неужели она ясновидящая? Колдунья? Телепатка?

Слишком уж хорошо читала всех вокруг эта сухощавая, остроносая женщина с неизменно аккуратной черной косой по пояс и взглядом, под которым врать просто не выходило. Не только у племянника – у всех вокруг. Даже водитель Ярослава под этим взглядом признался, что купался в хозяйском пруду, хотя Оленев и запретил.

Этель Яновна даже самолично нашла Ярославу костюм – что-то вроде наряда Мефистофеля.

И вот он стоял в парадном, слушая крики подвыпивших отдыхающих, музыку, звон посуды, вдыхая запах крепкого алкоголя, замешанный на ароматах жаркого и жульенов и жалел, что сюда приехал.

Знакомые неприятные ощущения нагнетались. Усиливались и давили на психику.

Как обычно. Все, как всегда.

На плечи словно каменная плита навалилась, все тело напряглось до предела. Так и мерещились вокруг враги. Упустишь момент, вовремя не заметишь – и остается лишь драться до последнего. Не обернешься вовремя – и выход один – уклоняться от атаки, нападать, убивать.

Оленев чувствовал себя солдатом на поле боя. Собранным, ожидающим подвоха в любую минуту, злым и взбудораженным.

Он уже легко управлял страхом, а вот дискомфортом – нет.

Оленев не испытывал приступа паники, как многие другие с фобией. Он выдавил из себя страх за собственную жизнь, занимаясь боевыми искусствами, тренируясь в стрельбе и боксе. Ярослав твердо знал, что любого сможет уложить на лопатки. Отряд омоновцев – и тот с ним сразу не справится.

Оленев почти ничего не боялся в этой жизни и уж точно – никого! Тем более, пьяных гуляк: журналистов, банкиров и бизнесменов.

Те еще вояки… Ткнул пальцем – и они уже на полу.