Вот как сейчас:

Гармонь певучая...

В конце концов Володя пошел к Прокопию Кузьмичу и рассказал ему все.

Старый врач удивился:

– Ничего подобного не встречал!

Володя пожал плечами.

– Давай проверим, - предложил Прокопий Кузьмич.
– Что у меня сейчас в голове?

– Окорок, - сказал Володя.

– М-да-а...
– протянул Прокопий Кузьмич. Он думал об окороке, который коптился у него за сараем.

– А сейчас?

– Крокодил...

– Сильно!
– сказал Прокопий Кузьмич. К дню рождения внучки он приготовил резинового крокодила. Хранил тут же, в медпункте.

– Что мне делать?
– спросил Володя.

– Как это у тебя открылось?

Володя рассказал историю с падением дерева.

Прокопий Кузьмин согласился, что подобное может быть: у людей отшибало память от страха, отнимало речь. Но чтобы прибавляло что-нибудь, об этом Прокопий Кузьмич не слышал.

Володя опять спросил:

– Что мне делать?

– Я, брат, тебе не скажу, что делать, - откровенно признался Прокопий Кузьмич.
– По таким делам я не специалист. К профессору тебе надо.

– К какому?

– По высшей нервной деятельности.

– Где я его найду?

Прокопий Кузьмич подумал.

– Единственное, что предложу, - сказал он, съездим в район к психиатру.

Володя вскинул на Прокопия Кузьмича глаза.

– Нет, нет, ты не бойся!
– сказал врач.
– Ничего плохого у тебя нет, в сумасшедший дом тебя не посадят. А совет, к какому профессору обратиться, дадут. Поедем.

И вот они едут.

Гармонь певучая

Меня замучила...

Володя встал с камня - пересесть дальше: гармонь и его замучила.

В это время из-за поворота показывается машина - та самая, которая довезла Володю и Прокопия Кузьмича до сторожки.

По ступенькам крыльца сходят Деревянко и Прокопий Кузьмич. Сторож открывает шлагбаум, пропускает машину. Прокопий Кузьмич лезет в кузов, Володя лезет за ним. Здесь, на Лабе, автобусы не ходят с сотворения мира: дорога горная, битая - кочка на кочке. Врач и Володя усаживаются в кузове на соломе, машина трогается.

Гармонь певучая...

Володя думает о том, что скажут ему в районной поликлинике.

Ничего особенного врач-психиатр не сказала. Посмотрела в зрачки, спросила, как зовут, сколько лет. Может, была неразговорчивой, а может, говорить было некогда - разговаривал Прокопий Кузьмич, старался подать пациента в наилучшем виде:

– Через стенку, через улицу, даже через два дома слышит! Удивляюсь, Серафима Гавриловна, откуда у него такое? Феномен! Мессинг! Что Мессинг? Мессинг против него мальчишка! Кристалл-самородок. Посмотрите на него, Серафима Гавриловна!

Серафима Гавриловна заполнила бланк с печатью и долго растолковывала Володе, как найти в Краснодаре мединститут и в мединституте профессора Ринкина.

– Прямо к нему!
– сказала она.
– Он специалист по аномальному мышлению.

Володю царапнуло слово "аномальному", но бумажку он взял, положил в карман.

– Вот и хорошо!
– приговаривал при этом Прокопий Кузьмич.
– Дар у него изумительный, Серафима Гавриловна!

Проводил Володю до автостанции и, прощаясь у автобуса, похлопывал Володю по плечу:

– Найдут применение твоим способностям, подходящую работу! Следователем, например. Берегись, ворье!
– Прокопий Кузьмич засмеялся.
– А то завмагом в большом магазине, чтобы продавцы не того...

Прокопий Кузьмич пошевелил пальцами в воздухе и опять засмеялся.

Володя вздохнул: что его ждет?

В город он приехал вечером. Устроился в гостинице. Не выходил из номера, думал: какой будет встреча с профессором? Жизнь его менялась коренным образом. Пока он был в поселке, с Тамарой, "необыкновенный дар", как говорит Прокопий Кузьмич, был для Володи наподобие флюса: раздуло щеку, чувствуешь припухлость при каждом шаге. Можно привыкнуть на какое-то время: с тобой случилось - сам переживаешь.

А теперь "флюс" начнут осматривать, ощупывать, могут сделать больно. Да и что получится из всего этого?

Володя ворочался в кровати, забылся далеко за полночь.

Проснулся в дурном настроении. Пошел отыскивать институт. Нашел. Походил по этажам, отыскивая профессора Ринкина Эдуарда Павловича - так было написано на конверте. Нашел на втором этаже, постучал в дверь.

– Войдите!
– ответили из-за двери.

Вошел:

– Вы Эдуард Павлович?

– Чем могу?..
– Человек за столом откинулся в кресле.