Разгадать тайну не под силу Григорию. Надо было отказаться от поездки. В Бюракане у Григория хорошая работа, друзья. А здесь - молчальники: Сергеев, брат и сестра Сурковы - все ходят набравши в рот воды.

Григорий вынимает нижний ящик стола: последнее, что осталось еще не просмотренным из архива Павла Васильевича. Здесь письма...

В Хан-Гулаке Григорий чувствует себя неуютно. Вроде бы не у дел.

И он недоволен собой, Хан-Гулаком. Недоволен, что приходится разбирать бумаги, касаться жизни, бывшей далеко от него и угасшей трагически. Не ему совать нос в эти дела. И в обсерваторию - тоже.

Одно к другому Григорий откладывает чужие письма: из Москвы, Пулкова, Варшавы и Лондона. Вся жизнь Павла Васильевича - в астрономии: письма из академий, обсерваторий. Вот письмо из Японии... Вот чистый конверт. В нем тоже письмо. Заметки, написанные карандашом... Григорий разглаживает листки, но глаза его уже прикованы к строчкам: "Лебеди появились вместе с кометой Плея..." Лебеди!.. Григорий придерживает листки, словно боится, что они улетят.

– Можно войти?

Это Инна. Она несколько раз повторяет:

– Можно войти, Григорий?..

– Входите!
– кричит он, опомнившись.

Прежде Инна не приходила без вызова. Но Григорию некогда удивляться.

Инна нерешительно остановилась у двери. Хочет чтото сказать? Что? Спрашивать Григорию неудобно. И некогда: позади нее лаборант Сергеев - принес проявленную фотографию, еще влажную.

– Что вы сняли, Григорий Константинович?
– спрашивает он.
– Ножницы?..

Инна берет фотографию из его рук. Секунду рассматривает ее, рвет на клочки.

– Не надо было фотографировать, - говорит она.

Григорий смотрит на все это из-за стола. Он еще придерживает листки, исписанные карандашом. Но успевает заметить: Инны на фотографии не было. Что-то другое блеснуло на влажном картоне. Два косо поставленных паруса?.. Чепуха какая-то - паруса!

Записки ученого Григорий и Инна читают вместе.

"Ночь на пятое декабря, - рассказывал Павел Васильевич, выдалась ясная, с крупными звездами. Установив телескоп на переменную близ Капеллы Возничего, я вышел на башню обсерватории. Острый месяц опускался к горам, коснулся Багиры. Тень упала на левый, на правый берег реки, залила астрономический городок. Остались только звезды на небосводе. Да ветер: погода менялась. Я хотел уже возвращаться вниз, как вдруг увидел на снегу искры, вернее, звезды. Они шевелились, мерцали так же, как на небе. Я встряхнул головой: какие звезды могут быть на земле?.. Глядел и не мог разобраться в своих ощущениях: кажется, испугался. Потом кинулся вниз. Спускаясь по лестнице, поминутно оглядывался. Звезды дрожали и шевелились.

С террасы я еще видел их, но когда спустился на землю, звезды от меня заслонил пригорок. Я побежал через поле, поднялся на пригорок. Россыпь звезд была здесь - под ногами. И здесь был ветер - начинался буран.

И тут я услышал голос:

– Не подходи, человек...

От неосторожного движения я сполз по откосу на беpeг.

– Ты сломаешь мне крылья!
– сказал тот же голос.

У меня зашевелились под шапкой волосы. Я видел обрыв, заснеженную реку, но звезд, которые только что были, не стало. Голос сказал:

– Не бойся меня. Я погибаю.

Тогда я спросил, почти крикнул:

– Кто ты?..

Прошла пауза, показавшаяся мне вечностью, прежде чем я услышал:

– Невидимый...

– Здесь были звезды, - сказал я невпопад.
– Где они?

– Отражение звезд у меня на крыльях, - последовал ответ.
– Ты их не видишь снизу.

Надо мной, кроме неба и ветра, ничего не было.

– Протяни руку.

Я протянул руку. Ощутил что-то легкое, податливое.

– Вот ты какой... человек, - сказал голос.

– Откуда ты?
– спросил я, ошеломленный.

– У звезды Бетельгейзе семнадцать планет. Я оттуда.

– Почему ты знаешь названия звезд? Их придумали люди!..

– Мы знаем все, - ответил Невидимый.

Можно было подумать о мистификации. Но я поверил в планету звезды Бетельгейзе.

– Мы знаем, - продолжал голос, - языки далеких цивилизаций, судьбы галактик. Знаем прошлое и можем предвидеть будущее. Ветер убьет меня...

– Как вы попали к нам?
– Он все говорил "мы".

– С кометой Плея.

В ущельях выла, металась буря.

– Это конец, - сказал Невидимый.
– Я не успел трансформироваться. Я стар. Молодые трансформируются мгновенно...

– Чем помочь тебе?

– Возьми пластинку, - в руках у меня оказался продолговатый предмет.
– Из нее ты узнаешь все. Она тоже невидимая и тоже, как я, исчезнет. Ничего нет постоянного. Ты ничем не поможешь мне. Прощай.

Снежный шквал обрушился на долину, ветер отодвигал от меня Невидимого.