Гость уселся в единственное свободное кресло и мазнул тяжёлым взглядом по лицам компаньонов, так, что пламя свечей дрогнуло, словно от сквозняка. Взор остановился на председателе.

Стопка монет вывалилась из рукава ночного визитёра, словно кинжал убийцы. Придерживая большим пальцем всю стопку, мизинцем он с ловкостью метателя смертоносных снежинок, одну за другой переправил монеты под пухлую ладонь толстяка. Это были старые золотые империалы достоинством в десять пальм каждый. Монета серьёзная, вызывающая доверие. Такую обычно берегут для крупных сделок или откладывают на чёрный день.

— Что ж. Я выполнил изложенную в письме просьбу, — отчитался босс, сдвинув империалы на край стола. — Здесь и сейчас собрались все совладельцы страхового товарищества. Или лица их замещающие, — добавил он после некоторой паузы.

Посетитель удовлетворённо кивнул.

— Разрешите представить, — продолжил Шохальц. — По правую от меня руку Ильметра Торадо, Дамматрик Лавирин… — пока гость поворачивал голову, следуя за представлением, Пузырь незаметно и проворно для его толстых пальцев потёр одну из монет о металлический выступ кресла. — По левую руку Ривси Павлин и Оборн Верт.

— Отлично, — густому баритону клиента позавидовал бы лучший демагог с городского форума. — Что ж, пора перейти к делу, не так ли? Я хотел бы заключить сделку.

Дамматрик отметил, что представиться в ответ клиент посчитал лишним.

— Страховую сделку? — уточнил Пузырь.

— Более чем.

В голосе визитёра появились едва слышные весёлые нотки. Но Пузыря веселье с толку не сбило.

— И что же является предметом страхования? — осведомился он.

— Я хотел бы застраховать мир.

Вот так. Простенько и со вкусом.

— Мир? — переспросил Шохальц. — В каком смысле? Или вы имеете в виду архаичное название сельской общины?

— Мир в смысле мир, — спокойно пояснил гость. — Ойкумену, планету, цивилизацию. Причём я бы хотел застраховать её целиком.

— Всё же я не вполне понимаю, — терпеливо продолжил Шохальц. — Вы что, хотите получить полис на всех людей, и всю собственность нашего мира?

— Нет, — так же терпеливо ответил потенциальный клиент. — Люди и собственность меня не волнуют. Каждую минуту в Киере умирает в среднем четыре человека и сгорает один дом. Этого не остановить даже богам. Нет. Я желаю застраховать мир, как таковой.

— На какой же случай можно застраховать целый мир?

— На случай конца света, разумеется, — гость усмехнулся.

Дамматрик едва удержался, чтобы не вздрогнуть. Сказалось выработанное за годы работы умение взять себя в руки. Он заметил, как прищурился Ривси, а Оборн незаметно прикрыл одной ладонью другую и наверняка сложил пальцы в оберегающий знак.

— Что? — переспросил Шохальц слегка подсевшим голосом.

— Постараюсь объяснить понятнее. Я хотел бы застраховать этот мир от гибели. Не от метафоричной гибели, вроде предостережений ваших моралистов, а ровно от той самой, о какой предупреждают культы и религиозные книги. От настоящего конца света. Всеобъемлющего. Окончательного. Такого, за которым следует сплошная тьма или в лучшем случае перерождение в нечто иное.

Да, ему вполне удалось смутить свору отпетых циников. Вообще-то страхование было не единственным занятием товарищества. Можно даже сказать, что оно являлось прикрытием основного бизнеса Пузыря. После запрета азартных игр, букмекерские конторы закрылись. Многие приятели толстяка ушли в подполье или занялись другими делами. И только Пузырь нашёл лазейку в законе. Он принялся страховать те самые результаты, на которые прежде заключались пари.

Обычно его переговоры с клиентом выглядели так: "Я хотел бы застраховаться от неприятного для меня результата скачек", — заявлял посетитель. "От какого именно?" — вопрошал толстяк. "От победы Розочки в шестом заезде на завтрашних скачках". "На какую сумму?" "На две сотни монет". Пузырь держал в голове характеристики большинства лошадей из конюшен южного побережья. "В таком случае страховая премия составит семьдесят пять монет".

Попадались и более экзотические дела. Страховки заключали на пол новорождённого, на сроки прибытия в порт кораблей и цены на рынке. Но с таким предложением, как страхование на случай конца света, мировая практика страхового дела столкнулась впервые.

— Однако! — прервал паузу Рив. — Предположим это не розыгрыш, а десять империалов достаточно весомый аргумент в пользу такого предположения. Предположим это не розыгрыш, но как вы себе представляете сделку? Чем скромная страховая контора может её обеспечить? Да всех капиталов города не хватит для возмещения "ущерба". А мы едва наскребём сотню тысяч золотых, даже если старина Шох заложит все свои бирюльки.

Толстяк нахмурился. Он не любил разговоров о своём состоянии.

— Ответ лежит на поверхности, — загадочно произнес гость.

— Возможно, это какая-то другая поверхность, — пробурчал Дамматрик, чиркнув ладонью по столу, словно смахивая пылинку. — Потому что на этой я ничего не вижу.

Ничего умного в его голову не приходило. Он взглянул на Ривси, тот пожал плечами. Толстяк молчал.

— Это что же, игра по-крупному? — Оборн фыркнул. — Знатное пари может выйти, скажу я вам. Вот только если нас мочканут вместе со всем остальным миром, какой смысл в выигрыше?